1984-85 год. г.Ленинск-Кузнецкий Кемеровской области. Мне лет 12-13, где то за городом км в 10-20, из за морозов сдыхает водовод от реки Томь на которот сидит весь город. Следом тут же без воды сдыхает кочегарка районная. Народ бросается грется электричеством. С электрообогревателями в магазинах не очень, в ход идут самодельные "козлы" . Провод запитывающий квартальную ТП выгорает под землёй на участке метров 500. Фсё, финиш, холодно и темно.
Благо у нас пятиэтажка одного из самых первых проектов, в ней не смотря на ЦО есть дымоход! который просто не используется. Где батя достал кирпич и печника я хз, но к утру у нас была печка. Жили мы всё равно в одной комнате ( которая ближе к кухне), но пережили эти пару недель нормально а народ массово ставил буржуйки которые выводили просто в окно. Через пяток лет разобрали и выкинули всё это. Просто вспомнилось на фоне постов про замерзание
40 лет назад в Бийске произошла коммунальная катастрофа. Что конкретно послужило причиной аварии установить уже практические невозможно: во времена СССР Бийск (Алтайский край) был крупным оборонным центром, да и публиковать тогда "что как и почему" было не принято в принципе. По общепринятой версии 14 декабря 1984г. на местную ТЭЦ, которая не только дает тепло, но и вырабатывает электроэнергию, поступило распоряжение из краевого центра - подключить еще несколько районов. Мороз тогда по воспоминаниям очевидцев был за -30.
ТЭЦ нагрузку не выдержала и остановилась. Город начал стремительно вымерзать: пропало электричество, размораживались и лопались трубы, информации что произошло не было.
Герман Ремпель, с 1976 по 1991 год бывший директором ООО «Алтайский территориальный монтажный комплекс», лауреат премии Совмина СССР, заслуженный строитель РФ:
Жилые кварталы Бийска стояли без тепла и света, зрелище жутковатое. Люди разжигали костры во дворах (морозы на беду стояли жгучие), многие спасались в частном секторе. Срочно прибыли на подмогу сантехмонтажники и электрики из Барнаула. Многие квартиры, оставленные хозяевами, приходилось вскрывать с милицией, понятыми. Заходим в одну: богатейшая, во всю стену библиотека погибла, настолько хлестало из разорвавшейся батареи. В другой незапертой квартире – ворох одежды на кровати. Раскидали, а там старушка лет восьмидесяти: «Сыночки, что случилось, война, что ли? Я такое в Ленинграде в блокаду пережила». Возможно, блокадный опыт и помог этой бабуле выжить, ведь в квартирах было минус десять…
Леонид Дрыгин, строитель, г. Барнаул:
В час ночи – звонок в дверь, на пороге двое: гражданский и офицер из военкомата. Уточнив, здесь ли живет Дрыгин, без объяснений приказали: «Собирайтесь, поедете с нами. Это не обсуждается». Мне все рассказали мужики по дороге в Бийск. Из Барнаула нас ехало человек триста, один только военкомат Ленинского района три автобуса отправил. Поселились на турбазе рядом с городом, в бору. Там красиво и тепло, и беду мы не сразу почувствовали. Лишь следующим утром осознали, когда в Бийск приехали и на разводе по-военному нас разбили на взводы, роты, батальоны и сообщили подробности. Что увидели – поразило. Первые этажи девятиэтажек заколочены, все застывшее… Жители спасались кто как мог – у родных и друзей в частном секторе. Те, кому совсем деваться было некуда, отгораживались на кухне одеялами, ставили печи-буржуйки.
Город спасали всей страной. В Новосибирск грузовыми самолетами везли трубы и батареи (местный аэропорт принять большие "борта" не мог), оттуда машинами - в Бийск. Контролировал ход восстановления министр ЖКХ РСФСР Филипп Попов, в город приехал секретарь ЦК КПСС Егор Лигачев.
Леонид Дрыгин, строитель, г. Барнаул:
Пока в город везли новые электрощиты, трансформаторы, радиаторы и трубы, мы занимались механической работой – вытаскивали лопнувшие батареи и трубы, готовили дома к монтажу новых. По специальностям тогда не делились, дело было общим. Сами таскали железо с девятого этажа, лифты-то не работали. Дома – та же 97-я серия, что и в Барнауле, по три-четыре подъезда, в каждом по 30 квартир. Бригады не только алтайские работали, их из многих городов Сибири командировали ликвидировать аварию. Лопнувшую трубу с тех пор я с первого взгляда отличаю. Если вздулась – значит есть трещина. Лед, расширяясь, рвал металл, целые куски из батареи выворачивая. Работали, не считаясь со временем. Правда, на Новый год нас на пару дней все же отпустили домой. 2 января 1985 года мы снова были на своих местах. Полностью запустили город только через месяц. Домой мы вернулись в конце января.
От себя: Мне тогда было 6 лет и мать вместе со мной уехала к родственникам в Новокузнецк, где мы благополучно катастрофу и пережили. Люди, оставшиеся в городе спасались как могли: переезжали к родственникам и знакомым в "частный сектор", благо он у нас большой. "Переселялись" в самую маленькую комнату в квартире, утепляли двери и окна одеялами.
