Автор: Виталий Илинич.

Это не первая моя статья о разведке, да и в принципе о военном деле времен ВМВ. И нередко, размещая статьи о чем-то, о чем мало кто знает, я получаю довольно разностороннюю реакцию. В связи с этим мне вспоминается один анекдот:

Турист спрашивает у индийского йога:

Турист: Скажите, а вы правда достигли совершенства?

Йог: Ну, определенного уровня достиг.

Турист: Это ж значит, вы можете теперь на гвоздях лежать?

Йог, секунду подумав: Пожалуй, могу.

Турист: А можете показать?

Йог высыпает на землю гвозди, кладет сверху матрас, ложится на него.

Турист: Нет, не так надо! Никакого матраса быть не должно, а гвозди надо вбить в доску остриями вверх и ложиться на острия!

Йог: Ты че, дурак?

Вот примерно такую реакцию я получил на свою статью о мотоциклетных подразделениях немецкой мотопехоты танковых дивизий. Тяжелее всего людям далась мысль о том, что на мотоцикле можно вести разведку. Буквально, основное настроение ответных комментариев было: "Ты че, дурак? Они же тарахтят, какая разведка!". Это навело меня на мысль, что люди не очень-то представляют себе, какая она бывает, эта разведка. Так родилась дилогия о разведке танковой дивизии.

Бронеавтомобили Sd.Kfz 231 (6-Rad) и 232 (8-Rad) вместе с мотоциклистами на улице польского города

Разведка. Такое знакомое слово. Оно веет тайной, высокими технологиями, например в виде хитрых шпионов, ворующих секретные разработки, умелых летчиков, с недосягаемых высот фотографирующих территорию противника, или даже ученых-математиков, разрабатывающих алгоритмы для взлома шифров. Или же наоборот: скрытные и ловкие бойцы, голыми руками и в полной тишине захватывающие «языка», прокрадывающиеся между позициями во тьме, или укрывающиеся под хитрой маскировкой, чтобы наблюдать и выявлять силы противника. И если первые остаются где-то в верхних эшелонах, то вторые, те самые ловкие и скрытные бойцы с ножами или даже специальными средствами для бесшумной стрельбы, - полностью поглотили собой все представление о войсковой разведке. Встречаем мы это и в воспоминаниях ветеранов, и всегда это ловкость, скрытность, тайна. Но причем тут танковые дивизии?

И действительно! Ведь танковая дивизия движется очень быстро, и никакая тайком переползающая разведка не поспеет, а ведь ее место – впереди. Да и не могут танковые части идти за пешими разведчиками – их сила в скорости маневра и темпе наступления. Может быть в танковых частях и нет разведки? Ведь позиции противника, которые предстоит прорывать, можно разведать заранее теми самыми разведгруппами, да сфотографировать самолетами, а после прорыва там уже, казалось бы, и разведывать нечего! Однако в танковой дивизии есть целый батальон разведчиков. Причем широко известно, что он оснащался специальными бронеавтомобилями. Давайте же рассмотрим, что представляла из себя разведка танковой дивизии, и какое место она занимала в боевой группе.

Легкий разведывательный бронеавтомобиль Sd.Kfz.222 чаще всего ассоциируется с разведкой танковой дивизии первой половины войны

Создавая танковые части, немцы понимали, что для действий в оперативной глубине очень важно иметь своевременно поступившую информацию о том, что находится впереди. Конечно, есть карты, есть данные аэрофотосъемки, но они могут попросту устареть, как из-за действий противника, так и из-за погоды, не говоря уж о том, что каких-то данных просто может не быть. Представьте себе, у вас на карте отмечена грунтовая дорога (а иных тогда было не так много), но прошел дождь, и неизвестно, во что она превратилась. Кто-то должен поехать впереди и выяснить, проходима ли она для танков и транспорта мотопехоты, есть ли объезд, цел ли мост и какой вес он может выдержать, нет ли заграждений на пути, ну и, в конце концов, где находится противник. Кто же, по вашему мнению будет этим заниматься? Разведчики! Они на своих быстроходных машинах и мотоциклах устремятся вперед, как руки человека, движущегося в темноте на ощупь, найдут дороги, доложат о состоянии мостов и переправ, о том, заняты ли перекрестки и населенные пункты. Они обнаружат наличие частей противника, способных дать серьезный отпор, их состав и положение, а также выявят разрывы в построении. Для этого у них есть большое количество быстроходного транспорта и мощные средства связи – ведь разведка должна одновременно уехать далеко вперед, и иметь возможность своевременно доложить о результатах, не говоря уж о том, что действовать ей порой приходится на очень широком фронте, и командиру батальона нужно как-то связываться со своими ротами.

Многие зададутся вопросом, мол, как же можно вести разведку, передвигаясь на тарахтящих мотоциклах, да здоровенных разведмашинах? Ведь разведчики должны скрытно проползать перед носом у противника, оставаясь незамеченными. Для разведчиков, действующих на стационарном фронте это так и есть. Но с танковой дивизией все иначе. Поскольку действовать эти бронеразведчики по замыслу должны, можно сказать, в «пустоте», то есть на оперативном просторе, им не нужно быть настолько скрытными, как, например, диверсионно-разведывательной группе. Их просто некому заметить, в большинстве случаев. Приоритет – за скоростью, дальностью связи и, в некоторой степени, ударной мощью.

Ранние тяжелые разведывательные машины Sd.Kfz 232 со своими рамками поручневых антенн были довольно громоздкими

Я не просто так написал о частях противника, способных дать серьезный отпор. В глубине обороны можно встретить немало мелких разрозненных частей, и разведбат не может пасовать перед каждой – требуется обеспечить разведчикам возможность выбить слабого противника с занимаемых позиций, если эти позиции имеют высокую значимость или мешают продвижению. В частности, разведка может принять решение (или даже заранее получить такое задание) с боем взять узел дорог, мост или важный рубеж, и удерживать его до подхода главных сил, или прорываться дальше. Причем оснащение бронированными боевыми машинами и легкой артиллерией позволяет разведке успешно справляться с довольно серьезным сопротивлением! Нужно это в первую очередь для того, чтобы занять важные позиции раньше, чем противник опомнится, придет в себя, усилит оборону и подтянет дополнительные части. Не взятый же внезапным ударом разведбата мост противник может просто взорвать. Во многих случаях кажущееся логичным решение подождать отставшую артиллерию, танки или основные силы дивизии приведет к большей крови, нежели внезапный удар передовой группой по еще не готовому и слабому противнику.

Одновременно с этим, разведывательный батальон и его части могут применяться не только как передовой отряд. В маневренном сражении, как наиболее подвижная часть, разведка может быть использована для обхода и охвата атакуемого противника – кому понравится удар бронетехникой и мотопехотой во фланг и тыл! В не меньшей степени разведчики могут применяться и для действий на фланге своих частей, чтобы обезопасить основные силы от таких же подвижных частей противника. В случае же если противник будет разгромлен и начнет отступать, преследование его проще осуществить именно разведывательными частями, так как они быстры и менее требовательны к переправам в сравнении с основными силами дивизии. Согласитесь, проще найти переправу для боевой машины массой в 5 - 6 тонн, чем для 20-тонного танка (а то и 45-тонного, в случае Пантеры), да и скорости легкие боевые машины могут держать бОльшие. Точно так же малый вес выручает и при действиях в качестве передовой группы – меньше задержек при преодолении водных преград.

В отдельных случаях разведбат или его части могут быть применены как обособленная боевая группа или в составе боевой группы, как сами, так и с приданными им частями – разведбат уже является боевой группой из бронетехники и мотопехоты, даже со своей артиллерией. И надо сказать, что с началом перевода разведрот с мотоциклов на БТР-ы, использование их в боевых группах набирало популярность. Но давайте вернемся к становлению разведывательных частей. Что же они из себя представляли в начале?

Первое время основу разведывательных батальонов танковых дивизий составляли знаменитые бронеавтомобили. Типичный состав батальона в 39-м году – штаб, две роты бронеавтомобилей, рота мотопехоты на мотоциклах, рота тяжелого вооружения (разумеется, был еще и моторизованный «обоз», но обычно интереснее же про боевые части), во время Польской кампании 39-го года также довольно часто придавался мост тип D. Поскольку эти разведчики, как я уже писал, должны были иметь возможность выбить противника с занимаемых им позиций, давайте в первую очередь рассмотрим то, что им такую возможность дает – тяжелое вооружение. Моторизованная рота тяжелого вооружения на сентябрь 39-го включала в себя два 75-мм пехотных орудия, три 37-мм противотанковых пушки и взвод саперов (без этих ребят вообще никуда, именно они будут проверять, разминировать, укреплять и достраивать мосты, устраивать броды, снимать заграждения, и так далее, причем взвод там приличный – под 60 человек). На первый взгляд не Бог весть какая сила, но это пока все эти орудия по вам не стреляют. Все-таки разведбат выбивает слабого противника, а не штурмует линию Мажино.

Тягач Крупп Протце (6х4) и 75-мм пехотное орудие — по штату в тяжелых ротах орудия буксировались именно такими машинами, по крайней мере первые годы войны4

Вторым важнейшим подспорьем разведбата в выбивании противника и будут уже упомянутые разведывательные бронеавтомобили, тем более что их поначалу было аж две роты. Основными качествами этих бронемашин при боестолкновении будут их бронирование и вооружение. Защита бронемашин не позволяла поражать их из винтовок и пулеметов вплоть до дистанции в 30 м, причем даже при использовании бронебойных пуль со стальным сердечником. Это означает, что для успешного поражения таких машин нужно иметь тяжелое вооружение – противотанковое ружье, крупнокалиберный пулемет, а лучше даже противотанковое орудие (ну или какое-нибудь еще: зенитное, полковое, дивизионное). А такое оружие есть не у каждого, и может так статься, что бронеавтомобиль с толщиной брони в 8 – 14,5 мм в условиях отсутствия средств борьбы становится для противника танком.

Однако не только броней известны немецкие бронеавтомобили. Разумеется, они были вооружены. Поначалу большая часть машин была вооружена только пулеметом винтовочного калибра, а 20-мм пушки имелись лишь во взводе тяжелых бронеавтомобилей роты и у малой части легких, но постепенно все больше и больше машин получали 20-мм пушки. Это орудие могло вести автоматический огонь, питалось из 10-патронных магазинов и обладало как бронебойными, так и осколочными снарядами. При этом немцы отмечают большой реальный и моральный эффект от огня 20-мм пушек как в начале войны, так и ближе к завершению: в частности в отчетах разведбата 23-й танковой дивизии, выпущенных по результатам боев весны 44-го года заявляется, что 20-мм пушки очень хороши вследствие большей, чем пехотное оружие, дальности эффективной стрельбы, а также особо сильного их воздействия на русскую пехоту и расчеты противотанковых средств. Орудия и ПТР, будучи взяты под обстрел 20-мм пушками, не ведут ответного огня, оставаясь полностью подавленными. 20-мм осколочные снаряды осыпали пехоту кучей мелких осколков (в одном снарядике их немного, но пушка-то автоматическая), а бронебойные снаряды пробивали легкие укрытия, которые не пробить из пулемета, и орудийные щиты. Встречал я упоминания о «злых» 20-мм пушках немцев и в воспоминаниях наших ветеранов.

Тяжелый разведывательный бронеавтомобиль Sd.Kfz.231 поначалу не имел радиостанции вообще. Позже на таких машинах появились радиостанции дальностью связи 1 км, а затем и 3 км

Сочетание приличного количества бронированных машин, часть из которых вооружалась автоматическими пушками, тяжелого вооружения и роты пехоты на мотоциклах делало вполне возможным захват передовых рубежей и важных объектов, даже если их занимают какие-то силы противника, способные к сопротивлению.

Разумеется, разведбат занимался не только боями, - быстроходные и легкие бронеавтомобили и мотоциклы позволяли отрываться далеко от основных сил дивизии и появляясь то тут, то там выяснять положение с дорогами, переправами и местонахождением противника. Разведка боем же могла дать сведения о силе этого встреченного противника. Для связи с командованием батальона в ротах бронеавтомобилей были машины с мощными радиостанциями (80 и 100 вт, дальностью связи голосом на стоянке до 70 км, в движении до 25 км). Давайте же коротко рассмотрим, какие бронемашины входили в состав разведрот.

Многим уже известно, что в состав немецких разведрот входили тяжелые и легкие бронеавтомобили. При этом, если взглянуть на них ближе, вполне закономерный вопрос вызовет то, в чем же между ними разница. Казалось бы, по вооружению (20-мм пушка и пулемет) и бронированию (14,5 мм, а позже 30 мм лоб, 8 мм борта, с углами наклона) они одинаковы, так зачем же нужно это разделение? Зачем вообще нужны тяжелые разведмашины? Все дело в том, что в самое первое время, когда танковые дивизии еще не были созданы, а разведывательные батальоны уже планировались, и в некотором виде существовали, они оснащались достаточно примитивными бронеавтомобилями на базе обычной заднеприводной легковой машины. Они вооружались пулеметом и имели броневую защиту в 14,5 - 8 мм без значительных углов наклона. Такая защита могла выдерживать попадания только обычных свинцовых винтовочных пуль, либо бронебойных пуль, выпущенных с большой дистанции, а при столкновении с бронетехникой противника (например, его разведывательными частями, не говоря уж о танках) эти машины пасовали – ведь их вооружение почти не позволяло пробивать броню. Вполне логично, что немцы решили в дополнение к легким машинам создать и тяжелые – на базе грузовых автомобилей. Так появился широко известный Sd.Kfz 231/232 6-Rad (6-колесный). Это была своеобразная «машина поддержки», обеспечивавшая действия легких бронеавтомобилей. Отличием, помимо базы, было бронирование (лоб 14,5 мм, борт 8 мм, те же толщины, но с серьезными углами наклона), защищавшее уже от бронебойных пуль со стальным сердечником, и наличие башни с 20-мм пушкой и пулеметом, что позволяло бороться с бронеавтомобилями противника, а с меньшей дистанции – и с танками тех времен (машина-то появилась в начале 30-х). Модель 231 была «боевой» машиной, а 232 в дополнение к орудию имела еще и мощную радиостанцию.

Зимой и летом в разведывательных и мотопехотных частях Вермахта воевали мотоциклисты

В дальнейшем, к началу войны, были разработаны, внедрены в производство, и поступили в дивизии те машины, которые вам достаточно неплохо известны – легкие полноприводные Sd.Kfz 221/222/223 массой 4 – 5 тонн и тяжелые четырехосные полноприводные Sd.Kfz 231/232 8-Rad массой около 9 тонн (по индексу они не отличались от предыдущих тяжелых машин, потому к ним и приписывалось «8-колес», чтобы отличать от старых 6-колесных). Бронирование и вооружение легких и тяжелых машин было сходным, и хотя первое время легких машин с 20-мм пушками было еще мало, постепенно их количество росло. Теперь отличием тяжелых машин стала более высокая проходимость, способность преодолевать окопы, более глубокие броды и совмещать мощную радиостанцию с пушечным вооружением (легкие машины были либо с пушками, либо с мощной радиостанцией). Еще одной важной особенностью тяжелых машин было наличие полного реверса и второго водительского места для движения назад (машина могла двигаться назад с той же скоростью, что и вперед).

Тяжелый бронированный автомобиль-радиостанция Sd.Kfz.263

Давайте теперь коротко рассмотрим состав рот и батальона (для простоты индекс машин я буду указывать в скобках без приписки Sd.Kfz). В 1939-м году рота разведмашин состояла из

- управления и взводов связи: четыре легких бронемашины с радио (223), одна тяжелая (263)

- взвода тяжелых машин: три боевых машины (231), три боевых машины с мощными радиостанциями (232)

- взвода легких машин: шесть пулеметных машин (221) без раций

- взвода легких машин: четыре пулеметные машины (221), четыре пушечные машины (222), все без раций.

Таких рот в разведбате было две, одна рота мотопехоты на мотоциклах и рота тяжелого вооружения (да, я повторяюсь). В штабе батальона тоже присутствовали бронемашины с мощными радиостанциями, в том числе для связи с авиацией.

В 1940-м году мало что поменялось, а вот к лету 41-го уже что-то новенькое: взвод из шести легких пулеметных машин (221) поменял состав на такой же, как у второго легкого взвода – четыре пулеметные (221) и четыре пушечные (222) легкие машины. Важным изменением было также появление на всех разведмашинах радиостанций дальностью 1 км голосом для связи между машинами. Мощные радиостанции дальностью 25 – 70 км голосом по-прежнему (и до конца войны) стояли не у всех.

Легкий Sd.Kfz.221 имел бронекорпус чуть меньшего размера, чем его пушечный собрат, и был вооружен только пулеметом. На фото видно также легкое противотанковое ружье, которое иногда добавляли к пулемету

Однако если в самой роте автомобилей произошло явное усиление – больше машин с 20-мм пушками, и такие машины теперь во всех взводах, то вот состав батальона в 41-м году изменился в сторону уменьшения. В связи с двукратным ростом количества танковых дивизий, а значит и разведбатальонов, пришлось сократить количество рот бронеавтомобилей в каждом – промышленность не поспевала за ростом армии. Теперь батальон состоял из роты БА, роты мотоциклистов и тяжелой роты. Одновременно с этим важно понимать, что в танковых дивизиях того периода было много мотопехотных рот на мотоциклах в составе мотопехотных бригад танковых дивизий – целый мотоциклетный батальон, а в 40-м и ранее также мотоциклетные роты в некоторых «обычных» мотопехотных батальонах. Эти части тоже могли использоваться как передовые, по составу они не отличались от мотоциклетных разведывательных рот, и вполне могли действовать вместе с разведчиками или выполнять часть их функций.

Намного более важные изменения произошли по итогам кампании 41-го года и зимы 41-42. Понесшие большие потери мотоциклетные батальоны решили объединить с понесшими не меньшие потери разведбатальонами. В результате в дивизии стало на один батальон меньше, зато разведбатальон стал больше и в нем выросла доля мотопехоты. Если раньше мотопехота составляла 1/3 от батальона, максимум ½ (одна рота мотоциклистов на две роты бронемашин, позже один к одному, не считая тяжелой роты), то в 42-м году в разведывательных батальонах, которые временно стали называться мотоциклетными, мотопехоты получилось втрое больше, чем бронеавтомобилей – одна рота БА на три роты мотопехоты.

Состав роты бронеавтомобилей в 42-м году несколько изменился, в том числе в сторону увеличения. Теперь легких взводов стало не два, а три (и взвод тяжелых бронеавтомобилей никуда не делся, в общей сложности теперь было четыре взвода БА), а из состава легкого взвода убрали пулеметные машины (221), добавив вместо них машины с мощными радиостанциями (тоже, правда, вооруженные только пулеметами). Теперь взвод легких машин насчитывал четыре машины с 20-мм пушками (222) и две – с мощными радиостанциями (223). Каждый взвод роты бронеавтомобилей теперь имел мощные радиостанции. Оставшиеся пулеметные машины (221) начали оснащать тяжелыми противотанковыми ружьями с коническим стволом калибра 28/20-мм. Количество бронированных машин в роте составляло более 20 единиц, большая часть которых была вооружена 20-мм пушками. Стоит отметить, что выпускаемые с лета 42-го года бронеавтомобили имели толщину лобовой детали 30 мм (и легкие, и тяжелые).

Наиболее же важным, я бы даже сказал принципиальным, было введение с начала 1942-го года в разведывательный батальон роты нового штата K.St.N. 1113(gp) le.Schtz.Kp.(gp) – легкая мотопехотная рота (бронированная). Это была рота мотопехоты, боевые части которой передвигались на БТР. В отличие от классических мотопехотных рот на БТР, оснащавшихся средними БТР Sd.Kfz.251, легкая рота оснащалась, соответственно, легкими БТР Sd.Kfz.250 в количестве 37 машин: 28 бтр для транспортировки пехоты (250/1), 2 самоходных 81-мм миномета на БТР и 2 машины подвоза боеприпасов к ним (все четыре - 250/7), 3 машины командира взвода с 37-мм пушкой (250/10) и 2 машины с мощными радиостанциями (250/3). Тылы на полноприводных грузовых автомобилях. В силу малого размера легкого БТР, пехотное отделение размещалось на двух машинах, что, с другой стороны, увеличивало количество пулеметов в отделении – каждый БТР нес один–два пулемета. По броневой защите легкий БТР не отличался от среднего: 8–14,5 мм с углами наклона, что давало защиту от бронебойных винтовочных и пулеметных пуль калибра 7,92-мм со стальным сердечником, выпущенных с уровня земли с дистанции 30 м.

Легкий БТР управления взвода был вооружен 37-мм пушкой

Главными отличиями легких БТР были: меньшая масса машины (боевая масса «стандартного» легкого БТР была в пределах шести тонн, в то время как средний БТР весил около восьми с половиной), более высокая подвижность, что обеспечивалось меньшей массой при таком же, как у среднего БТР, двигателе, а также несколько большим удобством в управлении из-за используемой на легком БТР полуавтоматической семиступенчатой КПП (впоследствии от нее отказались и поставили обычную). Однако были у легкой машины и недостатки, в первую очередь связанные с проходимостью. Если способность среднего БТР передвигаться по бездорожью и полю боя немцев более-менее удовлетворяла, то легкий, созданный на укороченной за счет длины гусеницы базе тягача, преодолевал окоп меньшей ширины и имел проблемы с закапыванием и поломками передней оси – более короткая гусеница приводила к другой развесовке между осями, смещению центра масс, и на передние колеса приходилось больше веса, чем у прочих машин из этой полугусеничной серии. Машина раньше зарывалась мордой в грунт, отставала от танков и средних БТР. Дошло до того, что впоследствии немцы даже исключили из мотопехотных рот на средних БТР ранее находившиеся там при штабе легкие БТР – в сложных дорожных условиях и в распутицу они постоянно отставали. Тем не менее, проходимость и подвижность в тяжелых условиях все равно оставались важным козырем легкой роты на БТР, так как в этом плане даже такие полугусеничники обгоняли пехоту на полноприводных грузовиках, а уж тем более – мотоциклистов.

В тяжелых ротах разведывательных батальонов в 42-м году тоже начали появляться БТР-ы, правда средние (251/4) – в качестве тяги 75-мм пехотных орудий. Противотанковые орудия выросли до 50-мм, а тянуть их стали однотонные полугусеничные тягачи (те самые, на чьей базе были легкие БТР, сам тягач весил, разумеется, не тонну, да и нормальный вес прицепа для него был больше – 1500 – 1800 кг, но изначально такая машина рассчитывалась на прицеп массой 1000 кг, и название сохранилось). Появились дополнительные ПТ средства – три тяжелых противотанковых ружья с коническим стволом калибра 28/20-мм.

Легкий бронетранспортер Sd.Kfz.250/1 перевозил половину мотопехотного отделения

На конец июня 1942-го года, когда началась операция «Блау», 15 из 25 танковых дивизий получили роту на легких БТР в состав разведывательного (формально мотоциклетного) батальона. Типичный состав батальона насчитывал одну роту бронеавтомобилей, одну роту на легких БТР, две роты мотопехоты на мотоциклах и роту тяжелого вооружения. В случае, если роты на БТР в дивизии не было, она заменялась ротой на мотоциклах. Интересно отметить, что не везде в этих «мотоциклетных» батальонах вообще были мотоциклетные роты, в частности в дивизии «Великая Германия» уже в 42-м году мотоциклетные роты перевели на легковые автомобили «Фольксваген» (широко известный Кюбельваген), и в итоге в формально «мотоциклетном» батальоне не было ни одной роты мотопехоты на мотоциклах.

Вообще, 42-й год был во многом годом новшеств для немцев. В мотопехотных полках появились батальоны на БТР, была впервые массово введена тактика боя мотопехоты на БТР без спешивания, что позволило создавать подвижные бронированные боевые группы, совмещая «бронепехотный» батальон с танковым, саперами на БТР, штурмовыми и самоходными противотанковыми орудиями. Тем не менее, батальоны на БТР были в дефиците, в дивизии такой был всего один, а вот боевых групп в дивизии можно создать несколько, и немцам хотелось, чтобы во второй боевой группе тоже были какие-то бойцы на БТР. Закономерно, что взоры командиров дивизий обратились к легким мотопехотным (бронированным) ротам разведывательных батальонов. Действия разведрот на БТР в роли мотопехоты (одним из вариантов которой они, собственно, являлись) в составе боевых групп вместе с танками быстро стали типичным способом их применения. В иных же случаях разведбат мог сам по себе быть боевой группой, так как они имел мотопехоту, бронетехнику и немного тяжелого вооружения, но в таких случаях его было желательно дополнять противотанковыми САУ, так как, в отличие от танков, бронеавтомобили с 20-мм пушками не очень-то способны поражать танки Т-34, а своих ПТО в батальоне всего 6 (3 – 50-мм и 3 – 28/20-мм), да еще две 75-мм пушки могут поддать кумулятивным.

Командирский БТР Sd.Kfz.250/3 с рамочной антенной куда-то стремительно движется

Таким образом, мы видим, что разведывательный батальон танковой дивизии прошел большой путь изменений, от преимущественно оснащенного колесными бронемашинами, до преимущественно мотопехотного батальона, при этом с 42-го года в использовании разведчиков наметился коренной перелом – новая техника и тактика начали еще сильнее сдвигать роль разведбата в сторону мотопехоты бронированных боевых групп. В следующей части мы познакомимся с тем, что сами немцы пишут о своей новой технике и тактике, а также проследим за развитием техники и оснащения разведывательного батальона в 43-м и 44-м годах, ну и заодно узнаем место «Лухса» и «Пумы» в этом подразделении.

Оригинал: https://vk.com/wall-162479647_228119

Живой список постов, разбитый по эпохам

Продолжение: Разведывательный батальон танковой дивизии (часть 2-я — бронированная боевая группа)

А ещё вы можете поддержать нас рублём, за что мы будем вам благодарны.

Яндекс Деньги: 410016237363870

Сбер: 4274 3200 5285 2137

Не забывайте в переводе указать, что вы с Пикабу)