То, что непонятно профессору экономики из МГИМО В.Ю. Катасонову и огромному числу долбоё@ов- совкодрочеров. Примерно так это и понимаю, как Харари, пытаюсь долбоё@ам объяснять, но тут очень ярко и образно.
Я разбил текст на абзацы, там, откуда копировал, он приведён сплошняком. В разбитом на абзацы виде легче читать.
«В 1500 году в мире производилось товаров и услуг эквивалентно сумме в $250 миллиардов, ныне — около $60 триллионов. Важнее другое: в 1500 году на душу населения приходилось в среднем $550 годового дохода, а сейчас на каждого, вплоть до грудных детей, приходится $8800 в год. Чем объяснить этот ошеломительный рост»
Камент. Про то же в книгах Дейдры Макклоски и Джоэля Мокира. Харари, ничуть не противореча этим авторам, называет причиной Великой дивергенции, Великого обогащения человечества (опять таки к Катасонову, сравнивающему экономический рост с онкологическим) взаимосвязь науки и капитализма. Причём, капитализм- это не просто накопление богатств, а постоянное реинвестирование денег в дальнейший рост.
Да, капиталист, как нам и сообщил «сын юриста» (С) из Трира, присваивает прибавочную стоимость. Только он не строит себе на неё иПоКодас или не хранит в золотых слитках, как Скрудж Макдак. Он её вкладывает в строительство новых заводов, разработку новых технологий, создание новых рабочих мест. В результате этих реинвестиций человечество за несколько столетий фантастически разбогатело.
«Экономика — штука очень сложная. Давайте упростим задачу — разберем несложный воображаемый пример. Сэмюэль Алчни, ушлый делец, основал банк в Эльдорадо, штат Калифорния. А. А. Хитрин, застройщик из того же Эльдорадо, только что завершил первый крупный проект и получил наличными миллион. Он помещает эту сумму в банк Алчни. Теперь у банка имеется капитал в миллион долларов.
Тем временем Джейн Макпекарь, жительница того же Эльдорадо, находит неплохую нишу для бизнеса: в ее части города нет приличной пекарни. Джейн отлично готовит, но денег у нее нет и не на что приобрести помещение, установить печи и мойки, закупить ножи и формы. Она обращается в банк, излагает Алчни свой план и убеждает его, что в эту идею стоит вложиться. Алчни дает ей кредит на миллион, зачисляя на счет Джейн в банке эту сумму.
Макпекарь нанимает подрядчика Хитрина и поручает построить и оборудовать пекарню с магазином. За эту работу он тоже берет миллион. Джейн расплачивается банковским чеком, который Хитрин депонирует на свой счет в банке Алчни. Сколько теперь денег на счете у Хитрина? Верно, два миллиона. А сколько денег в сейфе банке наличными? Ну да — тот же один миллион.
На самом деле все еще интереснее. Как это обычно бывает у строителей, на полпути Хитрин предупреждает миссис Макпекарь, что из-за непредвиденных проблем и расходов сумма контракта возрастет до двух миллионов. Миссис Макпекарь этому отнюдь не рада, но уже не может оставить затею. Она снова идет в банк, упрашивает мистера Алчни предоставить ей дополнительный заем, и он переводит на ее счет еще миллион. Джейн перекидывает эти деньги на счет Хитрина.
Сколько теперь денег у Хитрина? Целых три миллиона. А сколько денег реально находится в банке? Все тот же единственный миллион, который и был там изначально. Современное банковское право США позволяет повторить эту операцию еще семь раз. У подрядчика может накопиться на счете десять миллионов, даже если в сейфе банка хранится всего один.
Банкам разрешено давать в кредит по десять долларов на каждый доллар, которым они реально владеют, то есть 90% наших банковских счетов не покрываются купюрами и монетами. Если бы все держатели счетов банка Barclays одновременно потребовали свои деньги, банк бы лопнул (разве что государство пришло бы ему на помощь). И то же самое относится к Lloyds, Deutsche Bankt Citibank и всем прочим банкам мира.
Выглядит словно гигантская финансовая пирамида, верно? Однако если это мошенничество, то тогда вся современная экономика — мошенничество. На самом деле это вовсе не обман, но проявление удивительной способности человеческого воображения. Банки и экономика в целом выживают и процветают благодаря нашей вере в будущее. Этой верой и покрывается основная часть банковских счетов.
В примере с пекарней разницу между суммой на счете подрядчика и суммой, которая реально находится в банке, покрывает сама пекарня: мистер Алчни кредитовал Джейн Макпекарь в расчете, что ее предприятие принесет прибыль. Еще не выпечено ни одной булочки, однако миссис Макпекарь и мистер Алчни рассчитали, что через год батоны, торты, рулеты и пирожные будут продаваться тысячами, и тогда миссис Макпекарь вернет заем с процентами.
Если мистер Хитрин потерпит до тех пор, Алчни сможет выдать ему все деньги, даже наличными. Итак, вся затея держится на вере в воображаемое будущее: предпринимателя и банкира — в работающую булочную, подрядчика — в платежеспособность банка, опять-таки в будущем. Мы уже видели, какая изумительная вещь деньги: они подменяют собой тысячи самых разных предметов и позволяют превратить все что угодно в почти что угодно другое.
До современной эпохи эта способность денег была ограничена. Чаще всего деньги представляли и конвертировали только то, что присутствовало в настоящем. Это существенно сдерживало рост, поскольку возникали проблемы с финансированием новых предприятий. Вернемся к нашей булочной. Могла бы Макпекарь построить ее, если бы деньги были выражением только материальных предметов? Никоим образом. В настоящем она располагает только мечтами, ничего материального у нее нет.
Единственный способ построить пекарню — отыскать подрядчика, который согласится работать бесплатно, а деньги получить через несколько лет, когда пекарня начнет приносить прибыль. Где же найти такого самоотверженного подрядчика! Итак, несостояв- шийся предприниматель зашел в тупик. Нет пекарни — нет и пирожков. Нет пирожков — нет денег. Нет денег — не на что нанять подрядчика. А нет строителей, нет и пекарни...»
«Тысячи лет человечество пребывало в этом тупике. Экономика не развивалась. Выход нашли только в современную эпоху, когда сложилась новая система, основанная на вере в будущее. Люди согласились выражать мнимые предметы, которых на данный момент еще нет, особым видом денег — «кредитом». Кредит дает нам возможность строить настоящее за счет будущего, исходя из предположения, что в будущем у нас заведомо появится намного больше ресурсов, чем в настоящем. Когда в настоящем стали что-то делать, привлекая доходы будущего, открылось множество новых, невиданных возможностей...
...Бизнес воспринимался как игра с нулевым результатом. Разумеется, доходы какой-то пекарни могли и вырасти, но только за счет убытков соседней пекарни. Если Венеция процветает, то беднеет Генуя. Если король Англии обогатился, значит, он ограбил французского короля. Пирог можно нарезать по-разному, но больше он не станет. Вот почему во многих культурах «делать деньги» считалось греховным. Как сказал Иисус, «легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богатому войти в Царство Небесное» (Мф. 19: 24).
...Кредит — это разница между сегодняшним и завтрашним пирогом. Если разницы нет, зачем выдавать кредит? Ожидание стагнации к ней и приводило...
...А потом грянула научная революция, и появилась идея прогресса. Суть идеи в следующем: если признать свое невежество и вложить средства в исследования, дела пойдут на лад. Идея довольно быстро приобрела экономическое выражение. Люди, поверившие в прогресс, поверили также, что географические открытия, технические изобретения, развитие связей позволят увеличить общую сумму производства, торговли и богатства...
...можно было открыть пекарню, специализирующую на шоколадных пирожных и круассанах, и это нисколько бы не повредило бизнесу других пекарен, поставляющих свежий хлеб. Просто у людей появлялись новые вкусы, и есть они стали больше. Теперь я могу обогатиться, не разоряя соседа, я могу разжиреть без того, чтобы ближний умер с голоду. Всемирный пирог может расти. Последние 500 лет вера в прогресс побуждает людей все более полагаться на будущее. Из доверия рождается кредит, кредит ускоряет реальный рост экономики, а благодаря росту экономики укрепляется вера в будущее...»
Это про игры с отрицательной, нулевой и положительной суммами. Война почти всегда игра с отрицательной суммой. В крайнем случае нулевой, если захватчику удаётся осуществить завоевание практически без потерь. Нефть, редкоземельные металлы и прочее намного выгоднее купить у того, у кого они есть, нежели отнять силой. Чтобы купить, можно взять кредит, а потом отбить его, вложившись в производство каких-либо ценных ништяков. Любой нормальный капиталист это понимает. Феодал не понимает. Феодал считает, что разбогатеть можно только отняв что-то у кого-то.
"Воровство – это максимально эффективная форма самообеспечения социобиосистемы необходимыми и дополнительными энергетическими ресурсами" (М.И. Веллер, "Великий последний шанс") *ПыСы. Веллер- иноагент.
"Промышленникам, чтобы преуспеть, не нужна помощь грабителей, а вот существование грабителя при отсутствии в мире промышленников немыслимо" (Айн Рэнд)
"...чем более капиталистической является структура и психология нации, тем сильнее ее приверженность пацифизму и ее склонность подсчитывать цену войны" (Йозеф Алоиз Шумпетер, австрийско- американский экономист и политолог, создатель теории инноваций)
Михаил Иосифович мыслит, как феодал, а Алисия Зиновьевна и Шумпетер, как капиталисты. Феодальное мышление и у профессора МГИМО Катасонова, и у российского руководства. Они не понимают, что игра может быть с положительной суммой. В которой выигрывают все. Экономическая история последних столетий тому подтверждение.
