Ли вошёл в кафе, стараясь унять внутреннюю дрожь. В воздухе здесь пахло не только крепким кофе, но и чем-то неуловимо домашним, почти забытым. За одним из столиков сидела та самая семья: мужчина средних лет с небольшими залысинами и спокойным достоинством в осанке, женщина с удивительно тёплым, обволакивающим взглядом и девушка, чей мимолётный взгляд на пляже до сих пор покалывал Ли в районе сердца. Он задержался у входа, на мгновение заворожённый их размеренными движениями, обдумывая, как начать разговор. Наконец, он сделал глубокий вдох и шагнул вперёд.

— Простите, что отвлекаю, — обратился он на китайском, тщательно выговаривая тона, чтобы звучать уверенно и почтительно. — Я не мог не заметить, что вы говорите на языке, который мне знаком.

Мужчина поднял взгляд. Его лицо сначала выразило лёгкое удивление, которое быстро сменилось доброжелательным интересом. Он отложил приборы и внимательно оглядел Ли. — Вы говорите на китайском? Это похвально, молодой человек! — ответил он, и в его голосе Ли услышал знакомые интонации севера.

— Достаточно, чтобы поддержать разговор, — скромно улыбнулся Ли, чувствуя, как барьер между ними начинает таять. — Мои родители родом из Харбина.

— Харбин? — переспросил мужчина, и его лицо буквально озарилось широкой улыбкой. — Мы тоже оттуда! Вы из какого района?

— Мои родители жили в районе Даоли. Они приехали в Бостон двадцать лет назад, когда мне было всего два года, — ответил Ли, чувствуя странную гордость. Услышав это, женщина заметно оживилась, её взгляд стал ещё мягче.

— А мы из района Даовай, — сказала она, и её голос прозвучал как тихая музыка. — Удивительно встретить земляка, особенно здесь, в таком месте, так далеко от дома.

Девушка, до этого хранившая молчание, с искренним интересом посмотрела на Ли. Её глаза блестели в лучах утреннего солнца, пробивавшегося сквозь окна кафе. — Я Линь, — представилась она, слегка поклонившись, — а это мои родители, господин и госпожа Хун.

— Приятно познакомиться, — ответил Ли, почтительно кланяясь в ответ, как учили его родители, соблюдая традиции, которые в Бостоне казались пережитком, а здесь обрели глубокий смысл. — Меня зовут Ли Чэн.

— Садитесь, Ли Чэн, — предложил господин Хун, жестом указывая на свободный стул. — Всегда приятно поговорить с земляком.

Ли присел за столик, ощущая, как напряжение последних безумных дней окончательно уходит. Разговор потёк сам собой, начавшись с воспоминаний о Харбине. Господин Хун с ностальгической улыбкой описывал узкие улочки и уютные чайные лавки Даовая, где воздух всегда был пропитан ароматом свежего листа. Ли в ответ делился историями о том, как его семья в Массачусетсе бережно хранила осколки памяти о старом городе.

— А вы давно здесь? — осторожно спросил Ли, стараясь не разрушить эту хрупкую атмосферу доверия.

— Мы приехали сюда меньше года назад, — ответил господин Хун, и в его спокойном голосе проскользнула тень грусти. — Америка кажется таким большим, ярким, но очень шумным местом. Мы всё ещё привыкаем к её ритму.

— Это должно быть очень непросто, — Ли постарался вложить в эти слова всё своё сочувствие. — Мои родители часто повторяли, что первые годы в новой стране были самыми трудными. Словно тебя пересадили в чужую почву.

— Ваши родители, должно быть, были очень смелыми людьми, — заметила госпожа Хун, чинно сложив руки на коленях. — Нам очень повезло, что наша Линь так быстро освоила английский. Она — наши глаза и уши в этом новом мире.

Ли улыбнулся и мельком взглянул на Линь. Девушка слегка покраснела от похвалы матери, что сделало её ещё более очаровательной. — Это действительно впечатляет, — сказал он, стараясь не быть слишком навязчивым. — Я сам всю жизнь изучал китайский, чтобы не забыть корни, но теперь, слушая вас, понимаю, что упустил слишком многое. Именно моё хвалёное «знание» языка однажды меня и подвело.

— Хорошо уже то, что вы продолжаете учить язык, — подбодрил его господин Хун. — Без родного слова можно легко потерять связь с культурой, а значит — и с самим собой.

Ли кивнул, принимая эту мудрость, и решил перевести разговор в более лёгкое русло: — А чем вы занимаетесь здесь, в Галвестоне? Успели ли найти своё дело?

— Мы пытаемся, — господин Хун слегка улыбнулся. — Маленькое дело, просто чтобы свести концы с концами. Мы привезли из Китая кое-какие товары, которые здесь не так легко найти. Это даёт нам почву под ногами.

— Судьба — удивительная штука, — сказал Ли, качая головой. — Если бы кто-то сказал мне неделю назад, что я встречу земляков здесь, на побережье, я бы не поверил. Мы с друзьями здесь проездом — вчера были на большом фестивале в Хьюстоне.

— На фестивале? — с живым интересом спросила госпожа Хун, изящно поправляя прядь волос.

— Да, мы продавали товары, которые привезли из Мексики. Там местные мастера делают изумительные специи и ткани, — объяснил Ли. — А сюда в Галвестон заехали просто выдохнуть после бесконечного пути.

Господин Хун внимательно посмотрел на него, и Ли показалось, что в глазах старшего блеснула искра понимания. — Вы занимаетесь торговым промыслом?

— Эм... можно и так сказать, — Ли улыбнулся, понимая, что грань между «бизнесом» и «аферой» в их случае была крайне тонкой. — Хотя в нашей жизни пока больше приключений, чем стабильного бизнеса.

Линь вскинула брови, явно заинтригованная этим признанием. — Приключений?

— Ну, например, недавно мы пытались выйти на рынок с партией элитного китайского чая, — Ли замялся, чувствуя, как уши начинают гореть от смущения. — Но на поверку оказалось, что это был... отличный корм для декоративных рыб.

Линь прыснула, прикрыв рот ладонью, а господин Хун не выдержал и сдержанно рассмеялся. — Корм для рыб? — переспросила девушка сквозь смех.

— Именно, — притворно вздохнул Ли, разводя руками. — Если бы я читал иероглифы внимательнее, я бы понял, что это не «высокогорный чай с гречишным мёдом», а «витаминный корм с гречневой мукой и спирулиной». С тех пор я пообещал себе учиться усерднее. А мои друзья до сих пор не упускают случая мне это припомнить.

— И как же вы выпутались из этой ситуации? — спросила госпожа Хун, всё ещё улыбаясь.

— Ну, пришлось залезть в долги к.… скажем так, не самым вежливым людям в Бостоне, — признался Ли, и на миг тень былых тревог омрачила его лицо. — Чтобы расплатиться, мы рванули в Мексику, набрали товаров, которые точно нельзя перепутать с едой для рыб, и вчера с успехом их реализовали.

— Вот оно как, — задумчиво протянул господин Хун. — Весьма необычная и поучительная история.

— Теперь я понимаю, что всё это было не зря, — Ли смело посмотрел Линь прямо в глаза. — Если бы не весь этот хаос и не тот злополучный корм, я бы никогда не оказался в Галвестоне сегодня утром. И не встретил бы вас.

— Вы умеете красиво говорить, Ли Чэн, — заметила Линь, и в её голосе Ли почувствовал не иронию, а искреннее тепло.

— Я всего лишь стараюсь быть честным, — скромно ответил он, заметив одобрительный кивок госпожи Хун.

Разговор стал совсем домашним. Ли рассказывал о жизни в Бостоне, о том, как его мать каждое воскресенье накрывала стол для традиционного чаепития, стремясь сохранить дух Харбина в холодном Массачусетсе. Семья Хун слушала, затаив дыхание, узнавая в его словах свои собственные страхи и надежды. Они делились своими трудностями — каково это, когда ты не можешь объясниться в магазине или когда семейные ценности сталкиваются с напором американской культуры. Линь вставляла меткие, острые комментарии, от которых Ли невольно заливался смехом. Её искренность подкупала, а родители явно радовались тому, как быстро их дочь нашла общий язык с этим молодым человеком.

Когда солнце в окнах кафе поднялось выше, господин Хун задумчиво произнёс: — Знаете, Ли, мне кажется, судьба свела нас здесь не просто так. Иногда случайные встречи открывают двери, о существовании которых мы даже не подозревали.

Ли кивнул, чувствуя, что за этими словами кроется некая мудрость, обещание чего-то большего. Он мельком взглянул на Линь, и она ответила ему той самой загадочной улыбкой, которую он увидел на берегу. В этот миг Ли окончательно понял: это не совпадение.

Господин Хун посмотрел на часы и неожиданно предложил: — Ли, если ваши друзья не слишком торопятся, может, зайдёте к нам? Мы были бы рады показать вам наш скромный магазинчик.

— Это было бы честью для меня, — Ли поднялся со стула. — Надеюсь, я не стану обузой. — Что вы! — махнула рукой госпожа Хун. — Нам будет очень приятно показать вам наше детище.

Через несколько минут они уже неспешно шли по залитой солнцем улочке Галвестона. Господин Хун с гордостью рассказывал, как они по крупицам собирали средства на аренду этого помещения. Магазин оказался настоящим сокровищем: внутри пахло сандалом, жасмином и старой бумагой. Полки ломились от шёлка, резных фигурок и редких сортов чая.

— Здесь мы храним частичку нашего дома, — тихо сказал господин Хун, проводя рукой по лакированным полкам. — У вас здесь потрясающе, — выдохнул Ли, оглядываясь вокруг. — Я словно на мгновение вернулся в те рассказы, что слышал от матери в детстве.

Господин Хун достал из визитницы карточку и протянул её Ли: — Когда разберётесь со своими делами в Бостоне, Ли Чэн, обязательно возвращайтесь. Наши двери всегда открыты для вас.

Ли принял визитку, бережно спрятал её в карман и, набравшись смелости, добавил: — Я обязательно вернусь. Это обещание. И.… если вы не возражаете... могу ли я иногда звонить Линь? Чтобы попрактиковать мой «харбинский» диалект?

Господин Хун переглянулся с дочерью. Линь слегка покраснела, но в её глазах не было протеста. — Конечно, — с лёгкой, понимающей улыбкой ответил отец. — Но только не забывайте о своих обещаниях.

Прощание было коротким, но в воздухе осталось висеть что-то очень важное. Ли поклонился семье Хун и зашагал обратно в мотель, чувствуя, что это утро изменило его гораздо сильнее, чем весь фестиваль в Хьюстоне.

В мотеле Аарон и Ясин уже закидывали последние сумки в кабину «Громкого Тони». — Ну что, Ромео, как свидание с историей? — спросил Аарон, вытирая руки ветошью. — Долго рассказывать, парни, — Ли запрыгнул на сиденье с такой улыбкой, какой друзья не видели у него со времён удачной сделки с Казаряном. — Но это было незабываемо.

С первыми лучами солнца «Громкий Тони» взревел и двинулся прочь из Галвестона. Впереди лежал долгий путь к Бостону через Мемфис, но в кармане у Ли теперь лежала визитка, а в сердце — обещание, которое он твёрдо решил сдержать.

Глава 16: "Millennium '73. Хьюстон, у нас проблемы"

Ночь уже спустилась на Хьюстон, когда "Громкий Тони", хрипя и дрожа, въехал в пределы города. Огни небоскрёбов мерцали вдалеке, как отражение звёзд на земле, а бесконечные ряды уличных ламп бросали тусклый свет на асфальт. Город встретил их гулом автомобилей, запахом горячего асфальта и бензина, смешанным с лёгким ароматом жареной еды из закусочных, притулившихся вдоль дороги.

— Ну, вот и Хьюстон, — устало выдохнул Ли, потирая шею. — Если этот грузовик не развалится прямо сейчас, у нас даже будет шанс найти ночлег.

— Кто сказал, что у нас есть на это деньги? — съязвил Ясин, глядя в окно на мелькающие тени от витрин и редкие фонари.

— У нас есть немного, — откликнулся Аарон, скрывая за спокойным тоном явную усталость. — Но сперва нужно найти, где припарковаться.

На каждом шагу попадались указатели: мотели, закусочные, автосервисы. Ясин, свернув карту, пытался разобрать мелкий шрифт дорожных знаков.

— Тут должен быть мотель, — пробормотал он, щурясь. — Не самый лучший, но сойдёт.

Наконец они свернули в тихий переулок, где припаркованные машины встали в ряд под редкими уличными фонарями. В конце переулка светилась неоновая вывеска: "WELCOME. ROOMS AVAILABLE". Под ней, написанное от руки: "$8 за ночь".

— Берём, — заявил Ли, заглушив двигатель. — Главное, чтобы там была горячая вода. Остальное переживём.

Мотель выглядел как пережиток ушедшей эпохи: облупившаяся краска на стенах, потрескавшийся порог и тусклый свет лампы над входом. Ли и Аарон отправились внутрь договариваться о ночлеге, а Ясин остался сторожить грузовик.

На стойке их встретил администратор с мрачным выражением лица, словно их появление разрушило его покой. Без лишних слов он бросил ключи на стойку и тут же вернулся к своей газете. Комната, которую они получили, оказалась маленькой и угрюмой: две узкие койки, вентилятор, больше напоминающий ржавый пропеллер, и тусклая лампа на потёртом столе.

— Шикарно, — прокомментировал Ли, оглядывая помещение. — Тюрьма, но без решёток.

— Пока без решёток, — уточнил Аарон. — Хотя я не уверен, что это улучшает обстановку.

После короткой передышки они вернулись на парковку, чтобы проверить грузовик.

— Ясин, ты жив? — театрально произнёс Аарон, оглядываясь.

— И грузовик на месте! — подхватил Ли с ухмылкой.

— Белс, ты просто образец доброты, — фыркнул Ясин, спрыгивая с капота. — Что, решили оставить меня на десерт местным маргиналам?

— Ты герой, Яс. Посиди ещё немного, а мы с Ли пойдём поищем, чем нас накормить, — успокоил его Аарон.

— Ладно, — вздохнул Ясин, прислонившись к кабине. — Но, если кто-то придёт с ломиком, я просто махну рукой и пойду спать в мотель.

Ли и Аарон отправились к ближайшей закусочной. На улице уже царила ночная тишина, но аромат специй и масла витал в воздухе. Они остановились у небольшой закусочной с неоновой вывеской, обещающей "ЛУЧШИЕ БУРРИТО В ГОРОДЕ".

— Думаешь, тут найдём что-то стоящее? — спросил Ли, глядя на меню.

— Надеюсь. Но это явно не буррито Хесуса, — пробормотал Аарон.

Они замолчали, вспомнив мексиканскую таверну и идеальные буррито. Тогда, пусть и ненадолго, они забыли о своих проблемах, наслаждаясь моментом.

— Мы ведь больше такого не попробуем, правда? — задумчиво произнёс Ли.

— Вряд ли, — признался Аарон. — Тот буррито... Он был больше, чем еда. Это было... что-то особенное. Как будто сам Хесус вложил в него часть своей души.

— Может, он и правда святой, — пробормотал Ли, усмехнувшись. — А мы просто гонимся за тем, чего уже не достать.

Аарон кивнул, и оба замолчали. Они заказали три буррито, но вкус оказался посредственным. В этом был свой символизм: иногда самое лучшее остаётся в прошлом, и всё, что остаётся, — это память.

Вернувшись к грузовику, они застали Ясина, который сидел в кабине, задумчиво постукивая пальцами по рулю.
— Ну, как там ваше гастрономическое приключение? — спросил он, с долей сарказма в голосе, приподнимая бровь.

— Попробуй сам! Но, скажем так, — ответил Ли, открывая дверь грузовика, — Хесуса мы теперь ценим ещё больше.

Утро в Хьюстоне началось ярко и солнечно. Тёплый свет заливал улицы, а воздух был пропитан ожиданием чего-то необычного. Парни решили отправиться на Миллениум '73, о котором, казалось, говорил весь город. Гигантский конференц-зал, где проходило событие, оказался заполнен до краёв. Толпа самых разнокалиберных людей создавала причудливую мозаику — от тех, кто выглядел как потомственные хиппи, до строгих мужчин в костюмах.

Повсюду висели яркие плакаты с надписями вроде: "Золотой век человечества начинается здесь" и "Просветление для каждого". В воздухе витало странное сочетание восторга и благоговения, будто участники ожидали чуда.

— Кто все эти люди? — пробормотал Ли, пытаясь пробиться сквозь толпу. Его взгляд останавливался то на женщине с гигантским венком из цветов, то на мужчине в костюме астронавта. — Сектанты?

— Это больше похоже на фестиваль хиппи с примесью научной фантастики, — усмехнулся Аарон, оглядываясь вокруг. Он остановился у одной из колонн и поднял бровь. — Где Хесус, когда он так нужен?

Ясин внимательно изучал всё вокруг. Люди ходили от одной торговой точки к другой: кто-то покупал браслеты, якобы "гармонизирующие энергию", кто-то обсуждал жизнь на Венере, а кто-то сидел в кругу, с закрытыми глазами, напевая монотонные мантры.

— Посмотрите, — указал Ясин на группу людей у сцены. — Они, кажется, медитируют. Или вызывают духов. А может, это одно и то же?

— Это определённо не наш стиль, — подытожил Ли, пока его внимание привлекла сцена с огромным экраном. На нём проецировались изображения галактик, сопровождаемые голосом, который говорил: "Мы готовы вступить в эру гармонии. Мы здесь, чтобы привести вас домой."

Аарон скрестил руки на груди, покачав головой.
— Если это дом, то я предпочту остаться в нашем раздолбанном грузовике.

Внезапно из толпы вышел человек в ярко-оранжевом одеянии. Он был с короткой бородой, длинными волосами и загадочной улыбкой. Он встретился взглядом с Ясином и подошёл ближе.

— Ты выглядишь потерянным, друг, — сказал он. — Может, ты ищешь ответы?

Ясин опешил, но быстро взял себя в руки:
— Я ищу… — он замялся. — Ну, в общем, сам ещё не знаю, что ищу.

Человек улыбнулся ещё шире.
— Это хороший ответ. Все мы ищем. Присоединяйтесь к нам. Возможно, здесь вы найдёте то, что вам нужно.

— Или то, чего мы не хотим, — пробормотал Аарон, наблюдая за происходящим.

Ли, не отрывая глаз от толпы, вдруг заметил уголок с небольшими столиками, где люди играли в шахматы, обсуждали сложные философские вопросы и выглядели менее эксцентрично, чем остальные.
— Там хотя бы нормальные люди, — кивнул Аарон, направляясь в ту сторону, где собралась небольшая группа вокруг шахматной доски. — Давайте туда.

Близнецы вскоре оказались среди молодых людей, чьи глаза сияли смесью энтузиазма и, возможно, хронического недосыпа. Они активно делились своими "озарениями", одновременно делая ходы на шахматной доске с фигурами в форме астрологических знаков.

— Хм, похоже, я ошибся! — пробормотал Аарон, заметив, как один из участников делает "астральный гамбит". Он быстро вынырнул из группы любителей астральных шахмат, махнув рукой в сторону Ли.

В это время к Ли приблизился худощавый парень в льняной рубашке, чей взгляд напоминал смесь мистического прозрения и чистого восторга. Он осторожно положил руку Ли на плечо, словно проверяя вибрацию:
— Брат, ты чувствуешь, как твоя аура становится ярче?

Ли, стараясь удержаться от смеха, ответил с лёгкой усмешкой:
— Если моя аура станет ещё ярче, я, наверное, ослепну.

Он украдкой взглянул на Ясина, надеясь, что тот уловит сарказм. Но Ясин был полностью поглощён беседой с девушкой с длинными рыжими волосами, которая вдохновенно рассказывала о своём опыте "прохождения сквозь завесу реальности".

— Всё это звучит... необычно, — с осторожным интересом произнёс Ясин, слегка подняв бровь. Он явно старался не обидеть её, но его лицо всё равно выдавало скептическое выражение.

Девушка улыбнулась и, глядя ему прямо в глаза, произнесла тоном, полным уверенности:
— Когда ты почувствуешь это сам, скепсис исчезнет. Мы просто боимся того, чего не понимаем.

— Угу... — пробормотал Ясин, начиная чувствовать, что его втягивают в беседу, из которой он не знал, как вырваться.

Тем временем Ли, спасаясь от навязчивых философских тем, заметил Аарона у сцены. Тот, скрестив руки на груди, с явной насмешкой наблюдал за происходящим.

— Смотри, Белс уже нашёл свою нишу — "антипросветлённые", — усмехнулся Ли, кивая в сторону Аарона.

Аарон, не оборачиваясь, лениво махнул рукой, давая понять, что они сами себя сюда втянули.

Ясин, заинтригованный атмосферой, неожиданно для себя решил принять участие в сеансе медитации. Он присоединился к группе, сидящей на земле в кругу, где в центре стоял мужчина в длинной белой рубахе, монотонно рассказывающий о "гармонизации энергий". Ли, не скрывая сарказма, остался в стороне, скрестив руки на груди и сделав глупое блаженное лицо.

— Давайте проверим, найдёт ли Ясин свой внутренний дзен, — бросил Ли с ухмылкой, наблюдая, как его друг пытается повторить движения "мастера".

Ясин скептически взглянул на него, но всё же уселся в позу лотоса, пытаясь найти удобное положение. Он быстро понял, что держать спину прямой не так просто, как казалось, особенно под пристальным взглядом Ли.

— Закройте глаза и почувствуйте, как ваша энергия соединяется с потоком Вселенной, — произнёс "мастер" низким, гипнотическим голосом.

Ясин, стараясь не рассмеяться, послушно закрыл глаза, но всё, что он чувствовал, — это лёгкий сквозняк и затёкшие ноги.

— Чувствуешь что-нибудь, Яс? — громким шёпотом поинтересовался Ли, заставив сидящих рядом участников бросить на него укоризненные взгляды.

— Да, — тихо ответил Ясин, не открывая глаз. — Чувствую, что без твоей самурайской таблетки, мне не постичь Дзен.

Ли тихо фыркнул, и зачем-то пощупал своё лицо и губы.

Сеанс продолжался, и "мастер" начал медленно водить ладонями перед лицами участников, будто искал "потоки энергии". Когда очередь дошла до Ясина, тот открыл один глаз и уставился на "мастера", который застыл в своей позе, явно не ожидая такого сопротивления.

— Вы действительно это видите? — с интересом спросил Ясин, нарушив тишину.

"Мастер" на миг замялся, но затем с уверенностью кивнул:
— Я вижу, что ваша энергия... нуждается в балансировке.

— Понятно, — вздохнул Ясин, бросив взгляд на Ли, который уже едва сдерживал смех.

Когда сеанс закончился, Ясин встал, потирая затёкшие ноги, и направился к Ли.

— Ну как, постиг дзен? — с ухмылкой спросил Ли, бросив на него оценивающий взгляд.

— Не в той мере, что ты, конечно, но что-то нащупал, — отозвался Ясин. — И он сказал, что мне пора возвращаться к нормальной жизни.

— Хороший совет, — подытожил Ли, обнимая друга за плечи и уводя его подальше от группы. — Ну что, следующий шаг — экстрасенсорные танцы?

— Только если ты первым выйдешь на сцену, — усмехнулся Ясин, отходя от своей "медитативной" авантюры.

Тем временем Аарон держался на расстоянии от общего веселья, его взгляд скользил по толпе, полной "просветлённых". Он с трудом сдерживал усмешку, наблюдая за людьми, которые, казалось, потеряли связь с реальностью.

— Посмотрите на них, — бросил он, указывая на группу, где люди ритмично двигались, будто пытались "танцевать энергию". — Все эти "просветлённые" просто ищут способ забыться. Это не их вина, конечно, но мы с вами ищем деньги, а не гармонию.

Ли, стоя рядом, поднял бровь:
— Может, они просто счастливы? Такое бывает, ты в курсе?

— Счастливы? — фыркнул Аарон. — Ли, счастье — это дом, деньги и нормальная еда. А не эти... — он махнул рукой в сторону сцены, где женщина читала стихотворение про "звёздную пыль". — ...фантазии на тему, как всё устроено во Вселенной.

— Это называется "цинизм", — отозвался Ясин, появляясь из-за спины Аарона. — Хотя, может, ты и прав.

Аарон оглянулся на Ясина, вздохнув:
— Не называй это цинизмом. Это реализм. Вот скажи, мы же здесь не для того, чтобы найти просветление, верно?

Ли усмехнулся, почесав нос:
— Нет, Белс, мы здесь, чтобы понять, как заработать на всём этом цирке!

— Вот именно, — кивнул Аарон, поднимая палец. — Посмотри вокруг. Толпа готова тратить деньги на браслеты, которые якобы "гармонизируют энергию", на книги, обещающие счастье, и на семинары, где их учат дышать "правильно".

Он окинул взглядом пространство, где люди толпились у ларьков, с энтузиазмом покупая разноцветные камни и перья.

— Если они готовы платить за это, то почему бы не предложить им что-то своё? — добавил Аарон с ухмылкой.

Ли хмыкнул, но в его глазах уже появился интерес:
— Например?

— У нас же есть текстиль из Мексики, — напомнил Аарон. — А ещё эти фигурки, которые мы везли на продажу. Скажем, что это "амулеты силы".

— И специи? — спросил Ли, с трудом удерживая смех.

— Специи — это "ингредиенты для духовного очищения". А мы знаем, что мексиканские специи прочистят не только душу, но и тело. «Поэтому наша совесть чиста перед Хесусом и его Боссом!» —сказал Аарон с широкой улыбкой, внимательно осматривая пространство, явно высматривая место, где можно развернуть импровизированный стенд.

— Ну что, Белс, здесь нет ни мексиканцев, ни парней в кожаных куртках, а эти хиппи вряд ли на нас нападут. Начнём наше шоу, сэр! — ухмыльнулся Ли, делая шутливый поклон.

Через несколько минут парни вернулись к "Громкому Тони", вытаскивая из кабины мешок с тканями и коробку со статуэтками.

Ли хмыкнул, раскладывая ткани на импровизированном столе:
— Ну, я думаю, что эта кампания должна пройти успешнее, чем наша презентация "Самурайского чая". Да и пространство здесь открытое, если что-то пойдёт не так.

Аарон усмехнулся, поднимая одну из фигурок:
— "Самурайский чай" провалился из-за плохой целевой аудитории. А здесь у нас идеальный рынок: люди, готовые поверить во что угодно, если это звучит достаточно мистически.

— Ты хочешь сказать — достаточно глупо? — уточнил Ли, с трудом удерживая серьёзное выражение лица.

— Не путай творчество с профанацией, — ответил Аарон, подмигнув. — Давай начнём, пока народ ещё в трансе.

С этими словами он встал на краю их "торговой точки" и, подняв статуэтку, с энтузиазмом произнёс:
— Эта фигурка символизирует древнюю связь человека с землёй и звёздами! Она защитит вас от негатива и укрепит вашу связь с энергией Вселенной!

Ли, наблюдая за тем, как к ним начинают подходить заинтересованные люди, только покачал головой.
— Надеюсь, это не закончится так же, как с тем самурайским чаем, — пробормотал он, пряча улыбку.

Аарон, не теряя энтузиазма, повернулся к следующей группе людей, которые уже начали собираться вокруг их импровизированной торговой точки.

— И это ещё не всё! — громко заявил он, поднимая пакет с мексиканскими специями. — Эти древние травы использовались мудрецами для очищения души и тела. Добавьте их в свой чай или суп, и вы почувствуете гармонию с природой!

Одна из женщин с длинными косами в разноцветной ленте осторожно подошла ближе.

— А что это за специи? — спросила она, трогая пакет.

Ли, помассировав пальцами виски, перехватил слово у Аарона, — Это смесь трав и специй, собранных под светом полной луны народом Науа в местечке Ауачапан, у подножья вулкана Ла-Лагунита! — Ли без тени сомнения выдавал информацию потенциальным покупателям. — Как потомок великих ацтеков, могу вас заверить, что они помогают открывать чакры и усиливают интуицию.

Аарон застыл, ошарашенно глядя на Ли, а его рот предательски открылся, словно он был свидетелем чуда.
Спохватившись, он быстро захлопнул рот, приложил руку ко рту, чтобы скрыть улыбку, и с притворным уважением произнёс:
— Ого, Ли, ты, оказывается, настоящий потомок великих ацтеков? Это что-то новенькое.

Ли, не моргнув глазом, продолжил:

— Конечно, Белс. Мы же взываем к древним энергиям, помнишь? Здесь это работает. — Он поднял пакет со специями, словно демонстрировал сокровище. — Вот этот набор подходит для приготовления священного напитка, который очищает душу и возвращает энергию. Достаточно одной щепотки.

Толпа зашепталась, создавая вокруг лёгкое напряжение. Одна женщина с серьёзным выражением лица сделала шаг вперёд, её глаза впились в пакет со специями.
— А как долго сохраняется эффект? — спросила она, с любопытством изучая пакет.

Ли, не дрогнув:

— Минимум три луны. Главное — использовать с благими намерениями.

Толпа закивала, а женщина в знак уважения сложила руки, словно соглашаясь с мудрым советом.

Ли слегка наклонился к Аарону и прошептал:
— Теперь ты понял, Белс? Главное — уверенность.

Аарон кивнул, пряча ухмылку, и с явным удовольствием забрал протянутые деньги.

— Ладно, ацтек, ты выигрываешь. Но, если они начнут задавать вопросы о рецептах, твой вулкан — твоя ответственность.

— Не волнуйся, я импровизирую. — Ли покосился на следующего клиента, который заинтересованно разглядывал платки. — Только держись, Белс. Мы только начали.

Толпа продолжала сгущаться вокруг их импровизированной лавки, очарованная непринуждённым шармом и экзотическими легендами Ли и Аарона. Один мужчина с густой бородой, вязаной шапкой и серьёзным выражением лица вышел вперёд. Его взгляд остановился на статуэтке, которую Ли держал в руках.

— А эта штука что делает? — спросил он, прищурив глаза, будто пытался разгадать её тайну.

Ли мгновенно поднял статуэтку повыше, словно представляя её величие всему миру:
— О, это защитник. Его резьба основана на древних символах народа майя, а глаза выполнены из редчайшего обсидиана. Он отгоняет негативную энергию и приносит удачу в путешествиях.

Мужчина, нахмурившись, окинул статуэтку подозрительным взглядом, но в его голосе звучал скрытый интерес:
— И работает?

Аарон, не теряя ни секунды, вступил в разговор с полной уверенностью:
— Безотказно. Мы проверили на себе. Именно благодаря этой статуэтке мы добрались сюда целыми и невредимыми. Правда, наш грузовик слегка хрипит, но, как видите, мы всё ещё на ногах.

Толпа ответила смехом, её настроение мгновенно стало ещё легче. Мужчина, оценив обаятельное спокойствие парней, не удержался. С кроткой улыбкой он протянул деньги, аккуратно забирая статуэтку, словно она действительно обладала магическими свойствами.

Ясин, вернувшийся с медитации и увидев этот спектакль, замер на месте, наблюдая за развернувшимся «шоу». Он пробрался ближе и шёпотом спросил:
— Вы что, серьёзно это продаёте?

— Яс, а ты как думал? — ухмыльнулся Ли, не отрываясь от следующего клиента. — Кто-то же должен зарабатывать, пока ты ищешь свой внутренний дзен.

Ясин не удержался от улыбки:
— Ладно, но я не буду участвовать в этом цирке.

— Твоя потеря, — отозвался Аарон. — Мы как раз продаём твой «дзен».

Очередной покупатель, женщина в длинной юбке, подошла с интересом:
— А что это за ткани?

Ли уже приготовился выдать очередную легенду, но Ясин внезапно вмешался:
— Это платки, которые плетутся вручную племенем из региона Юкатан. Они помогают сохранять тепло тела и балансируют вашу энергию.

Ли и Аарон удивлённо переглянулись, но промолчали. Женщина, очарованная описанием, купила сразу три платка.

Ли похлопал Ясина по плечу:
— Смотри-ка, наш мистер «медитация» тоже умеет продавать.

— Я просто подумал: если уж мы в этом всем, то можно хоть чуть-чуть правды добавить, — улыбнулся Ясин. — Хотя про баланс энергии я, конечно, придумал.

Тем временем к их импровизированной точке подошёл новый клиент — женщина средних лет с серьёзным выражением лица. Она указала на платок, лежащий рядом со специями.

— Это платок? Или у него есть какое-то... сакральное значение?

Ли, ни на секунду не теряя уверенности, взял платок в руки и вдохновенно начал:

— Этот платок — ткань, сотканная руками жен мудрецов. Он впитал в себя энергию ветров и солнца тех самых мест, где специи собирались под полной луной. Носите его, и он защитит вас от негативной энергии и укрепит вашу связь с природой.

Аарон чуть не подавился воздухом, но всё же успел вовремя прикрыть рот рукой. Женщина, не задумываясь, достала деньги и вручила их Ли.

Когда она отошла, Аарон наклонился к Ли и прошептал:

— Жены мудрецов? Энергия ветров? Ты издеваешься?

Ли ухмыльнулся:

— Белс, иногда важно просто верить в свои слова. Ну и немного импровизации.

Ясин посмотрел на них обоих, покачал головой и добавил:

— Пожалуй, это самая странная афера, в которой я участвовал. А ещё самая прибыльная.

— Энергия буррито, брат. Не забывай, кто наш истинный вдохновитель, — подмигнул Ли.

Троица с энтузиазмом продолжала своё представление, превращая импровизированную торговлю в настоящее шоу. Каждый клиент, подходя к их лавке, становился частью небольшой театральной постановки, где Ли, Аарон и даже Ясин, время от времени подключавшийся к делу, плели всё более невероятные истории.

Ли поднимал ткани, рассказывая о "священных нитях, впитавших энергию солнечного ветра". Аарон с серьёзным выражением лица демонстрировал специи, объясняя, что они "гармонизируют внутренний баланс и помогают достигнуть духовного равновесия". Даже Ясин, сперва отстранявшийся, вскоре нашёл себя в роли "знатока традиций племён Юкатана", добавляя детали к уже и так вычурным описаниям.

Толпа густела, расспросы становились всё более подробными, а деньги продолжали стекаться в карманы троицы. Казалось, каждый новый покупатель был готов отдать последние сбережения, лишь бы прикоснуться к "магии" их товаров.

Когда последний "священный амулет" нашёл своего покупателя, а остатки специй разошлись среди толпы, троица облегчённо выдохнула.

— Всё! Товар закончился, — объявил Ясин, проверяя пустую коробку. — А это значит, что пора сворачиваться.

— Да, — согласился Аарон, подсчитывая общую сумму выручки. — Если мы останемся тут ещё дольше, кто-нибудь решит проверить, работают ли наши "защитные свойства".

Ли устало опёрся на импровизированный прилавок:
— Идеально. Мы заработали, никто нас не разоблачил, и, что важнее, мы больше никому ничего не должны.

— Главное вовремя и красиво уйти, прежде чем что-то случится, — добавил Ли.

— Господа, — с лёгкой усмешкой произнёс Аарон, закончив считать деньги, — Похоже, этот фестиваль окупился. Мы заработали 1750 долларов!

Ли присвистнул, заглядывая через плечо Аарона.
— Серьёзно? За мешок специй и несколько безделушек? Да мы гении продаж!

— Нет, Ли, — поправил его Яс, лениво потягиваясь. — Это ты гений. Хесус, судя по всему, твой духовный наставник в мире торговли. Может, пора задуматься о смене профессии?

— Хесус бы гордился нами, — с улыбкой добавил Аарон, складывая деньги в карман. — Но, думаю, на сегодня с нас достаточно.

— Согласен, — кивнул Ли. — И, если честно, я уже устал разыгрывать мистического знатока энергий.

После того как парни сели в грузовик, Аарон, переглянувшись с Ясином, спросил у Ли, который выглядел полностью выжатым.

— Ли, что это было? — спросил Аарон, размахивая руками. — Ты только что говорил про какой-то вулкан и древний народ. Откуда ты это взял?

Ли замер, моргнул несколько раз и покачал головой.

— Я не знаю, — медленно ответил он. — Честно, не знаю. Я просто… начал говорить. Как будто кто-то вложил слова в мой рот. Я даже не успевал думать.

— То есть, ты ничего из этого не помнишь? — уточнил Ясин, наклонившись вперед и задумчиво глядя на Ли.

Ли потер виски и вздохнул.

— Помню, что говорил, но о чём — нет. Это странно, но как будто я не я. Просто поток, который сам нашёл дорогу.

— Поток? — поднял бровь Аарон. — Это что, уже эффект медитации Ясина передаётся? Или… ты, правда, начинаешь напоминать Хесуса.

— Я думаю, что Хесус во мне, — без тени иронии произнёс Ли, задумчиво глядя на пустоту.

Ясин тихо засмеялся, добавив:

— Может, не Хесус, но что-то тут точно происходит. И знаешь, Ли, это звучало чертовски убедительно. Может, в тебе открылись какие-то скрытые способности?

Ли пожал плечами:

— Не знаю. Но если они снова проявятся, предупреждаю: я не буду за это отвечать.

— Всё, господа, едем! — вздохнул Аарон, заводя машину. — Едем!

— Парни, подождите, — сказал Ли, — Я слышал, что рядом есть небольшой городок — Галвестон или как-то так. Там можно дешево снять мотель. И говорят, что хороший мотель.

— Откуда ты это знаешь, Ли? — удивился Ясин, подозрительно прищурившись.

— Слышал, как хиппи обсуждали ночёвку, — спокойно ответил Ли. — Они сказали, что это место идеально для отдыха у океана. А после сегодняшнего дня нам всем нужен отдых.

— Галвестон, значит? — задумался Аарон, заводя двигатель грузовика. — Ну ладно, только если ты обещаешь, что это не очередная импровизация.

— Парни, — Ясин поднял руку, останавливая разговор, — мне всё равно, как это называется. Просто давайте уже уедем, пока кто-нибудь из "просветлённых" не решил на нас медитировать.

Все рассмеялись, и грузовик с рывком тронулся с места, оставляя за собой шум Millennium '73. Впереди их ждал Галвестон — и, возможно, ещё одна глава их приключений.

Путь до Галвестона оказался короче, чем ожидали, но гораздо живописнее. Мерцающие огни вдоль побережья, лёгкий бриз с запахом океана и ночная тишина резко контрастировали с суетой Хьюстона. Когда "Громкий Тони", жалобно хрипнув, остановился у мотеля с вывеской "Gaido's Seaside Inn", парни почувствовали облегчение.

— Это что, наш ночлег? — удивился Ясин, уставившись на двухэтажное здание с новой краской.

— По сравнению с Хьюстоном — рай, — пожал плечами Ли. — Да и цена приемлемая. Пошли.

На ресепшене их встретила молодая девушка в бейсболке, зевающая так, словно её смена длилась вечность. Оформив документы, она кинула ключи на стойку с минимальным энтузиазмом.

— Две комнаты или одну? — спросила она, протирая глаза.

— Две, — уверенно сказал Аарон. — Сегодня шиканём.

Номера оказались небольшими, но с неожиданной роскошью: кровати с чистым бельём, кресло, новая лампа и даже телевизор. Когда Ли открыл окно, в комнату ворвался свежий морской воздух, а вместе с ним — еле уловимый шум прибоя.

— Просто пятизвёздочный комфорт, — заявил Ясин, плюхнувшись на кровать.

— Тебе же нравится, когда всё попроще, — хмыкнул Ли, захлопывая дверь. — Наслаждайся.

Аарон замер у окна, глядя на океан, который раскинулся перед мотелем. Пейзаж успокаивал, будто весь хаос последних дней остался позади.
— Мы заслужили этот отдых, — сказал он, наконец отойдя от окна. — Завтра разберёмся с остальным.
— А завтра что? — спросил Ли.
— Завтра... посмотрим, куда нас занесёт, — ответил Аарон с улыбкой.

Тишина Галвестона, нарушаемая только звуками волн, укутала их, погружая в редкий момент покоя.

Наутро их встретил солнечный день. Когда парни вышли из мотеля, их окутал запах океана и лёгкий ветер. Галвестон выглядел совершенно иначе: вместо шума и хаоса фестиваля — беззаботная атмосфера пляжной жизни.

На берегу рядами стояли старенькие машины с багажниками, превращёнными в палатки и торговые точки. Надпись на одной из них гласила: "Доски для серфинга напрокат. Маски и ласты в наличии". Сёрфингисты, загорелые и довольные, обсуждали утренние волны, а дети скакали по песку, играя с разноцветными мячами.

— Ну, Белс, кажется, мы попали в рай для хиппи, — ухмыльнулся Ли, указывая на оживлённый пляж.
— Рай, который пахнет барбекю и жареной кукурузой, — глубоко вдохнул Ясин, потирая щеки. — После вчерашнего я заслужил немного нормального отдыха.
— Может, и правда задержимся здесь? — задумчиво произнёс Аарон, глядя на океан.
— Если море научит нас не спешить, почему бы и нет? — согласился Ли, всматриваясь в горизонт.

Они медленно двинулись вдоль берега, наслаждаясь утренней безмятежностью. Продавцы предлагали ракушки, браслеты и сувениры. Местная атмосфера расслабляла, будто весь остальной мир с его проблемами остался где-то за пределами этого города.

— Знаешь, — вдруг сказал Ясин, глядя на сёрфингистов, — тут действительно как-то спокойно. Как будто время здесь замерло.
Ли остановился рядом и с усмешкой заметил:
— Может, здесь и есть твой "дзен"?
Ясин задумчиво посмотрел вдаль.
— Может быть. Но прямо сейчас я готов просто лечь на шезлонг и загорать. А остальное подождёт.

Он направился к ларьку с мороженым, а Аарон и Ли остались стоять у линии прибоя, наблюдая за утренним оживлением на пляже.

Ли отвлёкся от созерцания океана, когда заметил неподалёку семью: мужчину, женщину и девушку, сидящих за столиком кафе. Их плавные, размеренные движения и мелодичная речь выделялись на фоне суеты.

— Китайцы? Здесь? — удивился он, слегка прищурившись.

Девушка обернулась и на миг встретилась взглядом с Ли. В её глазах блеснула лёгкая улыбка — одновременно застенчивая и загадочная.

— Ну что, старик, это знак! — добавил Ясин, угощая парней мороженым.

— Да брось ты, — пробормотал Ли, но его взгляд так и не оторвался от девушки, которая поднялась и направилась внутрь кафе вместе с родителями.

— Ладно, Ли, — с усмешкой сказал Аарон. — Если ты хочешь с ней познакомиться, лучше поторопись.

— Если я вам понадоблюсь, ищите меня там, — бросил Ли, указывая в сторону кафе, и направился следом за семьёй.

— Никогда не знаешь, где нас поджидают новые приключения, — усмехнулся Аарон, наблюдая за другом.

Так Галвестон, с его тихой на первый взгляд атмосферой, начал открывать новые страницы их пути.

Глава 17: "Китайский связной"

Глава 15: "Джонатан Ривз. Дорога на Юг"

Утро началось с суеты и запаха дешёвого бензина. Аарон первым вылез из кабины «Громкого Тони», проверяя карту и прислушиваясь к ворчанию двигателя. Ли, крайне недовольный ранним подъёмом, пытался реанимировать себя кружкой чая, который Ясин сварил на дорожной горелке.

— Если бы этот чай готовил старина Хесус, я бы, возможно, уже чувствовал в себе силы свернуть горы, а не только челюсть от зевоты, — пробурчал Ли, иронично поглядывая на Ясина. — Ли, когда ты уже признаешь, что тот буррито из Закатекаса просто сломал твою психику? — язвительно отозвался Ясин, собирая вещи. — Ничего он не сломал! — Ли сделал глоток и поморщился. — Но вернуться к Хесусу стоит хотя бы ради того, чтобы снова почувствовать себя человеком, а не водителем ржавой цистерны.

Аарон обернулся к друзьям, вытирая руки ветошью: — Хорошая идея. Мы всё равно проезжаем мимо. Вспомним, как всё начиналось, и заодно попробуем уговорить его продать нам пару порций с собой.

Дорога в утреннем свете казалась бесконечной лентой. Прохладный ветер врывался в окна, радио крутило старые мексиканские баллады, и парни, перебрасываясь колкостями, потихоньку начали верить, что удача наконец-то повернулась к ним лицом.

— Слушайте, если мы снова увидим Хесуса, надо выведать рецепт. Представляете, если мы в Бостоне откроем закусочную? — предложил Ясин. — Да, и назовём её «Los Gemelos» — «Близнецы». Как думаешь, взлетит? — подхватил Ли. — Взлетит. Особенно если ты будешь улыбаться клиентам с тем же блаженным видом, с каким ты вспоминаешь стряпню Хесуса, — вставил Аарон, переключая передачу.

К середине дня пейзаж стал узнаваемым. Закатекас встретил их калейдоскопом красок: красные черепичные крыши, узкие улочки и тягучий аромат специй. Но когда они добрались до нужного адреса, «Громкий Тони» со скрипом замер.

Вместо привычной закусочной Хесуса их взгляду предстала... маленькая, древняя часовня с крестом на крыше. Стены были те же, место то же, но вывески «У Хесуса» не было и в помине.

— Парни, у меня либо дежавю, либо мы в параллельной реальности, — Аарон озадаченно почесал висок, сверяясь с записями. — Адрес точный. Один в один. — Что-то мне это не нравится, — прошептал Ясин, прищурившись. Он высунулся из окна, оглядывая пустынную улицу. — Я видел такое в «Сумеречной зоне». Обычно в конце серии выясняется, что главные герои уже мертвы.

Ли обернулся к нему с лёгкой тревогой: — И чем там всё заканчивалось? — Ничем хорошим для тех, кто решил выйти из машины, — Ясин передёрнул плечами.

В этот момент массивные двери часовни открылись. На улицу вышли несколько местных жителей. Впереди шёл пожилой священник в простой сутане. Он остановился и внимательно посмотрел на троицу в кабине грузовика.

— ¡Buenos días! ¿Puedo ayudarle en algo? — вежливо спросил он, но, заметив их растерянность, перешёл на английский: — Друзья, вам нужна помощь? Вы выглядите так, будто увидели привидение.

Ли, собрав волю в кулак, спросил: — Скажите, святой отец... а как давно здесь эта церковь? — Лет двадцать, не меньше, — ответил священник. — А может быть такое, что здесь ещё неделю назад была закусочная? — вкрадчиво добавил Ясин.

Священник и прихожане переглянулись. По толпе пробежал шепоток. — Нет, — отрезал кто-то из местных. — Здесь никогда не торговали едой. — Скажите, пожалуйста, — Ли заговорил голосом человека, который всерьёз сомневается в своём рассудке. — А бывает так, что галлюцинация случается у троих сразу?

Священник подошёл ближе, пытаясь изобразить пастырское понимание. — Ребята, расскажите мне толком, что произошло? — Дело в том, — начал Ли, сглатывая ком в горле, — что пару дней назад мы здесь купили самые невероятные буррито в нашей жизни. Повара звали Хесус...

Мужчина средних лет с пышными чёрными усами вдруг вздрогнул. Он вытащил из кармана старую, потертую фотографию. — Вы не помните, как он выглядел? — спросил он, протягивая снимок.

Ясин поперхнулся воздухом. Его палец задрожал, указывая на фото. — Вот он... — прохрипел он. — Это точно он.

Женщина рядом с усачом охнула и начала медленно оседать на землю. Её подхватили, поднялась суета, а Ли и Аарон впились глазами в снимок. — Да, это он! Клянусь! — вскрикнул Ли, и у него на глазах внезапно выступили слёзы. — Он что... умер? — Да, — тихо сказал священник. — Хесус Анхель Моралес умер ровно двадцать лет назад. — Это был мой отец, — добавил мужчина с усами, пряча фото.

Священник посмотрел на парней с глубоким прищуром. — Скажите, вы ведь были здесь второго ноября? Ли быстро посчитал на пальцах. — Да. Второго. А что? — Второго ноября — Día de Muertos, — священник вдруг мягко рассмеялся. — День Мёртвых. Время, когда наши близкие возвращаются домой.

Парни стояли как громом поражённые, пока мексиканцы вокруг начали улыбаться и переговариваться. — Мы сошли с ума, Ли? — пробормотал Аарон. — Не знаю... — Ли потерял нить реальности.

— В этом нет ничего страшного, — подбодрил их священник. — Души приходят туда, где им было хорошо. Вопрос в другом: как Хесус умудрился накормить вас материальной едой?

Ли вдруг встрепенулся и сильно ткнул пальцем в грудь Аарона: — Я же говорил! Я вам говорил, что у него над головой был нимб! Это был божественный буррито, и это доказывает, что я был прав! Вы смеялись, а я обещал доказать!

Ясин, придя в себя, слабо улыбнулся: — Похоже, он стал чем-то вроде местного покровителя голодных дальнобойщиков. Аарон нервно рассмеялся: — Святой Хесус, покровитель буррито... Не удивлюсь, если через год его лик появится на банках с соусом чили.

Парни залезли в кабину. Ясин посмотрел на здание часовни и тихо протянул: — Да здравствует Бурритоизм! — Ура... — шепнул Аарон, всё ещё пребывая в шоке.

Они ехали в сторону Монтеррея в полной тишине. Радио играло тихую гитару, а ветер казался каким-то потусторонне прохладным. Аарон закрыл глаза на светофоре, будто пытаясь найти логику там, где её не было.

— Если бы мне кто-то рассказал такое, я бы счёл его психом, — признался он. — Но мы ведь чувствовали это, — добавил Ясин. — Он знал, кто мы, ещё до того, как мы открыли рот. — Ли, — позвал Ясин через минуту, — если мы расскажем это в Бостоне, нас упрячут в лечебницу. — Пусть записывают в психи, — Ли уставился в одну точку на приборной панели. — Но я знаю одно: это был лучший завтрак в моей гребаной жизни.

На полпути Ли вдруг предложил: — Слушайте, мы будем проезжать Монтеррейский собор. Давайте заедем. Поставим свечу за душу Хесуса. — Ты серьёзно? — удивился Аарон. — Более чем. Этот человек (или кто он там) накормил нас, когда мы были на дне. Мы обязаны ему хотя бы этим.

Аарон молча кивнул и свернул к величественному собору. Внутри царил покой, пахло ладаном и старым воском. Свет из витражей падал на пол яркими пятнами. Каждый из них зажёг свечу, стараясь не шуметь. Ли, поставив свою свечу в песок, вдруг заметил что-то на бронзовом основании соседнего подсвечника.

Он замер. Холод пробежал по его спине. — Эй, ребята... — шёпотом позвал он. Аарон и Ясин подошли ближе. На старом металле была выцарапана почти стёртая, древняя надпись на испанском:

«Gracias por el burrito».

Ясин округлил глаза: — Ли... ты это видишь? — Да, — Ли улыбнулся, и в этой улыбке не было ни капли его обычного сарказма. — Надеюсь, Хесус знает, что его помнят. Этот парень заслужил звание легенды.

Они вышли из собора, и мексиканское солнце показалось им необычайно тёплым. Путь домой продолжался, но теперь за их плечами была тайна, которую они не собирались открывать никому.

Закончив все дела и получив деньги, парни сидели на центральной площади Леона, прямо у подножия старой церкви. Высокая колокольня бросала длинные, изломанные тени на мостовую, а солнечный свет подчеркивал каждую трещину на потрескавшейся штукатурке стен. В воздухе витал густой запах свежевыпеченного хлеба из соседней пекарни, но никто из них не чувствовал аппетита. Мысли были заняты арифметикой выживания.

— Денег не хватит, как ни крути, — сказал Ли, нарушив долгое молчание. Он лениво перекидывал камешек из руки в руку, стараясь не смотреть на друзей.

Все трое синхронно вздохнули. Ясин откинул голову назад, наблюдая за голубями, что лениво кружили вокруг церковной крыши. — Домой возвращаться придется в любом случае, — грустно вымолвил он. — И разбираться не только с дилерами и Казаряном, но и с Брэниффом. Надеюсь, Майкл хотя бы жив.

Ли усмехнулся: — Брэнифф — тот еще живучий тип. Но ты прав, весело не будет. У кого-нибудь есть по-настоящему гениальные идеи? Аарон, сидя на краю фонтана, провел рукой по волосам и задумчиво произнес: — И что нам делать?

— Запишемся во флот, — грустно хихикнул Ли. — Или на сухогруз, будем курсировать по Карибскому бассейну. Слышал, там всегда нужны руки, готовые за гроши таскать ящики и чистить палубу. Ясин покачал головой: — Лучше сразу остаться здесь и стать местными нищими. По крайней мере, никто не потребует возврата долгов.

Аарон рассмеялся, хотя в его глазах читалась тревога: — Мы, трое бродяг с сомнительной репутацией, на глазах превращаемся в философов. Ну, ребята, если серьезно — у нас есть хоть какой-то шанс? Ли оглядел площадь. Его взгляд задержался на паре туристов, которые внимательно изучали карту. — Если шанс и есть, он точно не здесь. Возвращаемся в Бостон. И пусть Вонг и Казарян хоть на ушах стоят — мы разберемся. Главное — держаться вместе.

Ясин посмотрел на него с сомнением: — Ты уверен? В этот раз всё может закончиться гораздо хуже, чем мы думаем. — Это уже не важно, — твёрдо произнёс Аарон, вставая на ноги. — Мы справимся. Мы всегда справляемся.

— Сколько у нас налички? — спросил Ли. — Восемьсот долларов. Но до Бостона доедет не больше пяти сотен, — грустно констатировал Аарон. — Может, зальем в цистерну какую-нибудь местную жидкость и продадим дома или по дороге? — предложил Ли. — Ага, и попадем в мексиканскую тюрьму за контрабанду, — съязвил Ясин. — Неужели нет ничего легального? — не унимался Ли. — Буррито, — хихикнул Аарон.

— Постойте! — вдруг оживился Ясин. — А что, если действительно попробовать что-то продать? Мы же в Мексике! Здесь популярны сувениры, специи, а ещё... маски. Видели на рынке? Классные резные штуки. Ли прищурился: — Маски? Ты предлагаешь нам стать торговцами сувенирами? — А почему бы и нет? — Ясин пожал плечами. — Купим дешево, продадим дороже в Бостоне. Туристы любят всё «аутентичное». А мы, если умно подадим, скажем, что это редкие произведения искусства древних ацтеков.

Аарон кивнул, задумавшись: — Это звучит куда безопаснее, чем контрабанда жидкостей. И прибыльнее, чем флот. Если взять правильный товар, можно отбить хотя бы часть долгов Араму. — Решено, — заключил Ли, поднимаясь с парапета фонтана. — Утром идём на рынок. Только давайте выберем что-то, что действительно выглядит круто. И никаких подделок!

— Чувствую себя Робертом Редфордом в «Афере», — сказал Ясин. — Только в этот раз без карточных фокусов. Или почти. Хотя бы костюмы прикупить не нужно, и на том спасибо. — Да, — Аарон посмотрел на Ли и добавил: — И никаких погружений в дзен и самурайских амулетов. Ли ухмыльнулся: — Эх, не напоминай. Хотя идея была хороша, если бы мы немного лучше всё рассчитали. Ясин насмешливо поднял бровь: — Если бы мы вообще что-нибудь когда-нибудь рассчитывали, Ли, у нас бы не было этих долгов. Аарон покачал головой: — Ну что, гении, пойдёмте спать. Завтра новый день, и у нас есть шанс не облажаться. Хоть раз.

На следующее утро парни оказались на местном рынке. Воздух был наполнен густой смесью запахов: жареного мяса, свежих специй и чего-то приторно-сладкого из лавки с пирожными. Продавцы громко зазывали покупателей, хвастаясь товарами. Их крики перемешивались с мелодией марьячи, доносившейся из соседнего кафе, и звуком скрипящих тележек. На прилавках переливались яркие ткани, золотые отблески керамики и насыщенные цвета овощей.

— Ну что, с чего начнём? — спросил Ли, оглядывая бесконечные ряды. — Давайте сначала приценимся, — предложил Аарон, указывая на лавку с деревянными масками. — Смотрите, вот это может подойти.

Ясин взял в руки одну из масок. Она была украшена сложным орнаментом, а яркие краски придавали ей дикий, экзотический вид. — Сколько стоит? — спросил он у продавца. — Триста песо, — ответил тот, широко улыбаясь. — Но для вас, сеньоры, уступлю за двести пятьдесят. — Триста песо — это сколько в нормальных деньгах? — шепнул Ли. — Примерно шестнадцать долларов, — ответил Аарон. — Неплохо, если сможем продать её за сорок или пятьдесят дома. — Берём? — уточнил Ясин. — Подожди, — остановил его Ли. — Давай посмотрим ещё. Надо выбрать самое лучшее, чтобы не остаться с этим товаром на шее.

Парни продолжили обходить ряды. Они заметили лавку с керамикой, полки с текстилем и даже небольшую коллекцию антикварных статуэток. — А как насчёт этого? — спросил Аарон, указывая на небольшой бронзовый колокольчик с выгравированными символами. — Это точно привлекло бы внимание, — согласился Ли. — Но, если он слишком дорогой, мы не отобьем деньги. — Всё решается торгом, — ухмыльнулся Ясин, уже направляясь к продавцу.

Рынок наполнился их голосами, смехом и оживлёнными обсуждениями. — Слушайте, а может, купим мексиканские специи и соусы и продадим их Рамиресу? — со странной улыбкой предложил Ясин. — Кто такой Рамирес? И почему ты так подозрительно улыбаешься? — Ли остановился. — Ли, ты чего? Мистер Рамирес — хозяин «Эль Чапала» в Бостоне! — Яс, откуда ты его знаешь? И твоя улыбка меня всё ещё смущает! — Там работает Фернанда! Официантка, — Ясин окончательно расплылся в мечтательной улыбке. — Одно уточнение, Яс, — хитро вставил Аарон. — Фернанда или Фернандо? — Идиот! — скривился Ясин. — Это прекрасная девушка!

Утро пролетело быстро. К концу похода они набрали целую сумку: несколько масок, текстильные пояса, пару необычных статуэток и гору местных специй. Теперь оставалось только надеяться, что план сработает.

Выезжать решили рано утром, чтобы проехать максимальное количество миль. Аарон разложил на столе карту и начал вычерчивать маршрут карандашом. — Смотри, Яс, а наша забегаловка «Эль Чапала» называется так же, как и озеро здесь, рядом с Гвадалахарой. — Точно, — потер подбородок Яс. — Рамирес, наверное, из этих мест. Интересно, а Фернанда тоже? Она вроде его племянница.

— А наш Ясин влюбился! — с насмешкой протянул Ли. — Но она же не мусульманка, Яс! Что скажут твои родители?! — Ли, уймись, — Аарон толкнул его на кровать. — Ты даже в Чайнатауне не смог найти себе женщину! Твои шансы ниже, чем курс песо. — Ах ты, Белс, как это низко! Я если захочу, то... короче! Я просто слишком занят для этого, — обиделся Ли.

— Ладно, Белс, не обижай Ли, — вступился Ясин. — Просто Ли не во вкусе китайских женщин, поэтому он умрёт в одиночестве, окруженный своими чертежами. Ли посмотрел на него с притворной обидой: — Это ещё почему? Может, они просто боятся моей неотразимости? Аарон не удержался: — Ли, они, скорее всего, боятся, что ты начнёшь читать им свои «гениальные» лекции о бизнесе на первом свидании. Это точно отпугнёт.

— Ну а ты, Белс? — вмешался Ясин. — Как дела с дамами твоей веры? — Ха! — Аарон усмехнулся, не отрываясь от карты. — Если бы я слушал бабушку, то давно женился бы на «хорошей еврейской девушке», которая умеет готовить мацу и молчать, пока муж говорит. Проблема в том, что я таких не встречал. Ли прыснул со смеху: — Серьёзно, Белс, ты и тихоня? Не верю. Ты найдёшь себе жену-адвоката, которая будет тебя ещё и к стенке прижимать в спорах. Аарон пожал плечами: — Может, так и лучше. Зато у меня будет бесплатная юридическая защита, когда вы меня в очередное дело втянете.

Ясин хихикнул: — Ну что, Ли, похоже, у нас с тобой ещё хуже шансы, чем у Белса. Один ни с кем, другой — с адвокатом. Ли, что же ты молчишь? Ли сделал вид, что очень занят изучением карты. — Ли не в духе, — заключил Аарон. — Придётся вернуться к Хесусу в «Приход святого Буррито». Может, это вдохнёт в него жизнь?!

Парни ещё немного пошутили и разошлись по кроватям. Наступила тишина, и только далёкие звуки ночного города сопровождали их в сон. Завтра предстоял долгий путь домой.

Леон стал для «близнецов» чем-то большим, чем просто очередной точкой на карте. Город подарил им передышку — иллюзию того, что о проблемах можно забыть. Но в их жизни покой редко длился дольше одной затяжки сигареты.

Утро выдалось обманчиво ленивым. После завтрака в гостинице парни решили напоследок вдохнуть мексиканского воздуха. Узкие улочки Леона, пестревшие домами всех цветов радуги, пахли свежими лепёшками и дымом древесного угля. В этом запахе смешались тоска по дому и надежда на будущее, но хрупкий мир рухнул, стоило им вернуться к гостинице.

У «Громкого Тони» их уже поджидал Карлос. При виде него Аарон замер, не вынимая рук из карманов. — Ты что здесь забыл? — сухо процедил он.

Карлос ухмыльнулся, щёлкнув золотым портсигаром. Достал сигарету, не спеша закурил и выпустил в знойный воздух облако ароматного дыма. — Не так я представлял себе наши проводы, — он прищурился. — У меня есть предложение. — Нам не нужны твои подачки, — отрезал Ясин, едва сдерживая ярость.

— Уверены? — Карлос наклонил голову. — Вы ведь метите в Гвадалахару? Мне как раз нужно доставить туда груз. — Только не говори, что это опять спирт, — Ли закатил глаза, поглядывая на пустую цистерну.

Карлос рассмеялся, обнажив белоснежные зубы: — Расслабьтесь, парни. На этот раз всё чисто. Обычное техническое масло для завода. Работа на пару часов. — Цена вопроса? — коротко спросил Аарон. — Пятьсот долларов авансом и триста по прибытии.

Аарон переглянулся с Ли и Ясином. Взгляд Ли говорил: «Нам нужны эти деньги», Ясин же просто безнадёжно вздохнул. — Ладно, Карлос, — кивнул Аарон. — Но, если это очередной «фокус», считай, что наше знакомство закончено. Карлос по-хозяйски хлопнул его по плечу: — Успокойся, гринго. Всё схвачено. Увидимся на месте.

На рассвете склад Карлоса гудел от активности. Пока рабочие возились со шлангами, заливая густую, вязкую жижу в недра «Громкого Тони», Карлос с усмешкой наблюдал за процессом. — Убедились? — спросил он, когда насос замолк. — Никаких хитростей. Чистое масло.

Аарон внимательно проверил клапаны и, приняв тяжёлый конверт с авансом, кивнул: — Посмотрим. Почему ты не отправил это поездом, если всё так легально? — В наше время, — Карлос заговорщицки подмигнул, — я доверяю только тем, кому есть что терять.

Грузовик медленно заурчал и тронулся с места, оставляя за собой пыльные улочки Леона, утопающие в первых лучах утреннего солнца. Воздух, насыщенный запахами ночных костров и свежевыпеченных лепёшек, будто пытался задержать их. «Громкий Тони» качался на ухабах, а его старая цистерна скрипела, словно жалуясь на тяжесть груза и ещё более тяжёлые мысли пассажиров.

Впереди снова лежала неизвестность. Трасса, как всегда, манила и пугала одновременно. В кабине царила странная тишина, нарушаемая только ритмичным гулом двигателя. Каждый из них чувствовал напряжение, будто невидимый груз давил на плечи. Сама дорога будто шептала, что эта поездка — больше, чем просто задание. Возможно, действительно последняя.

«Громкий Тони» натужно поднимался по извилистым дорогам, обрамлённым изумрудными холмами и выжженными полями агавы. Солнце палило нещадно, превращая кабину в настоящую сауну. В салоне стоял терпкий запах разогретого масла, пота и того самого липкого предчувствия, которое не отпускало их с самого начала пути.

На заднем сиденье, рядом с Ясином, стоял небольшой запечатанный ящик мистера Вонга. — Ну что, как думаете, что там внутри? — Ясин не удержался и лениво постучал пальцем по деревянной крышке. — Если Вонг сказал «никаких вопросов», значит, нам лучше этого не знать, — буркнул Аарон, не отрывая взгляда от раскалённого асфальта. — Просто доставим и забудем.

— Я всё же думаю, что это какая-то чушь, — вставил Ли, скептически глядя на ящик через плечо. — Слишком много пафоса вокруг обычной посылки. — А если там золото? — Ясин усмехнулся. — Типа того, из которого сделан портсигар Карлоса.

Ли резко повернулся к другу: — Ты тоже заметил? Этот портсигар выглядел так, будто принадлежал какому-нибудь павшему императору. На кой чёрт Карлосу возиться с нами и какими-то цистернами масла, если у него в кармане такие вещи? — Карлос — мутный тип, — заключил Ясин. — Улыбается, шутит, а потом достаёт безделушку, которая стоит больше, чем вся наша жизнь. — Кончайте обсуждать Карлоса, — прервал их Аарон, крепче сжимая руль. — Наша задача — доставить груз в срок. Остальное — не наше дело.

Когда они добрались до завода, солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в тревожные оранжевые и розовые оттенки. Огромные ворота медленно поползли в стороны, выпуская клубы сухой пыли. За ними возвышалось массивное здание с серыми стенами, испещрёнными глубокими трещинами. Рабочие в выцветших комбинезонах тут же окружили грузовик, словно стая стервятников. — Загоняй к третьему ангару! — крикнул один из них, махнув мозолистой рукой.

Разгрузка прошла на удивление гладко. — Хоть раз всё идёт по плану, — пробормотал Аарон, забирая документы. — Не сглазь, — усмехнулся Ли. — Мы всё ещё в Мексике.

Менеджер завода, круглолицый мужчина с вечной улыбкой, передал им остаток суммы и вдруг добавил: — И ещё одно. Вас ожидает партнёр мистера Вонга. Задняя дверь ангара. — Что?! — голос Аарона сорвался на высокую ноту. — Какой ещё партнёр? Как они связаны?! — Сохраняйте спокойствие, сеньор, — мягко ответил менеджер. — Ваше дело — доставка. Остальное вас не касается.

Ясин и Ли замерли. В кабине повисла такая тишина, что было слышно, как остывает двигатель. — Вонг и Карлос в одной связке? — прошептал Ли. — Это уже не работа, это какой-то сюрреализм. — Бери посылку, Яс, — приказал Аарон, стараясь унять дрожь в руках. — Закончим с этим.

Дверь открылась с протяжным стоном. В уютной комнате за столом из тёмного дерева сидел человек в безупречном костюме. На его лацкане холодно поблёскивала золотая булавка в форме дракона. — Это груз от мистера Вонга? — спросил он бархатным, вкрадчивым голосом. — Да. Как и договаривались, — Аарон поставил ящик на стол.

Мужчина достал тонкий нож и одним точным движением вскрыл крышку. Ли попытался заглянуть внутрь, но Аарон вовремя дёрнул его за плечо. Лицо незнакомца осталось неподвижным, лишь в глазах мелькнула тень удовлетворения. — Отлично. Благодарю за службу. — А что там? Мы имеем право знать? — не выдержал Ли. Мужчина поднял на него тяжёлый взгляд: — Знание — не всегда благо, мой юный друг. Особенно когда оно не принадлежит вам.

Он протянул Аарону тонкий запечатанный конверт: — Это для Вонга. Лично в руки. И скажите ему, что «дракон доволен».

Когда они вернулись в кабину, воздух казался густым, как свинец. — Ты видел его лицо? — Ли первым нарушил тишину. — Он смотрел на эту коробку, как на Священный Грааль. — Я даже знать не хочу, что там было, — пробормотал Ясин, сползая по сиденье.

Аарон сжал руль так, что побелели костяшки: — Это уже не наша забота. Нам нужно убираться отсюда. — Как думаете, О’Райли тоже в деле? — задумчиво спросил Ли. — Конечно в деле! — рявкнул Аарон. — Это он нас засунул в эту мексиканскую мясорубку. Везде его нос.

Ясин, глядя в окно на уходящее солнце, вдруг протянул: — Я не удивлюсь, если из-за угла сейчас выскочит Казарян.

В кабине на секунду стало тихо, а затем Ли и Аарон хором гаркнули: — Яс, твою мать! Заткнись! — Ладно-ладно, — Ясин поднял руки. — Просто подумал... Обычно такие истории заканчиваются именно так. — Если Казарян всплывёт здесь, — мрачно подытожил Аарон, заводя мотор, — это будет наш последний день на этой планете. Погнали.

Аномальная январская жара висела над мексиканскими дорогами, словно невидимое
одеяло, делая воздух плотным, будто его можно было резать ножом. Даже ветер, обычно
долгожданный в такую погоду, был горячим и сухим, как из печи. "Громкий Тони" урчал
и покачивался на ухабах, прокладывая свой путь через выжженные пейзажи.
В кабине грузовика царила усталая тишина, нарушаемая лишь ритмичным гудением
двигателя. Каждый из троих был погружён в свои мысли, пока Ясин, не выдержав, не
разрядил молчание:
— Сколько ещё до Леона? — Его голос прозвучал немного устало, но с ноткой
нетерпения.
Аарон, не отрывая глаз от дороги, быстро глянул на карту, лежащую на приборной
панели.
— Примерно семь часов, если "Громкий Тони" выдержит. Мы остановимся в Сан-Луисе Потоси. Нужно будет найти ночлег без крыс и маньяков.
Ясин хихикнул, не удержавшись:
— Это же не Чикаго!
Эта шутка вызвала у всех громкий смех, моментально сняв напряжение. Даже Ли,
который до этого выглядел задумчивым, ухмыльнулся:
— Ну, если не Чикаго, значит, ночлег точно найдётся. Главное, чтобы в нём был душ и
хотя бы что-то похожее на кровать.
Смех продолжал звучать в кабине ещё несколько минут, делая атмосферу в салоне
немного легче.
"Громкий Тони" шумел, катясь вперёд по пыльной трассе, где изредка встречались
старенькие грузовики, облепленные пылью. На обочинах стояли небольшие магазинчики
с выцветшими вывесками, предлагавшие напитки и закуски. Над горизонтом, дрожащим
от жары, тянулись бескрайние поля агавы.
Остановившись у одного из придорожных ларьков, парни размяли ноги. Ли направился к
прилавку, где пожилая женщина в ярком платке расставляла бутылки с ярко-зелёным
напитком.
— Это текила? — спросил он с любопытством, указывая на напиток.
Женщина улыбнулась, покачав головой:
— Нет, это зелёный сок с агавы. Очень полезный. Хотите попробовать?
— Конечно, — Ли взял бутылку и отпил глоток. Его лицо тут же перекосило.
— Полезный? — выдавил он, ставя бутылку на стол. — На вкус как трава с камнями.
Женщина рассмеялась:
— Это потому, что ты не привык. Но через пару дней почувствуешь, как это очищает
твою душу.
Аарон, услышав это, закатил глаза:
— Ли, похоже, у тебя теперь не только "бурритоизм", но и новая зелёная вера.
— Удивляйтесь сколько хотите, — ответил Ли, отставляя бутылку. — Но я открыт всему
новому.
После короткой остановки они снова отправились в путь. Солнце уже начинало клониться
к закату, окрашивая небо в золотисто-розовые оттенки. Трасса перед ними была пуста, и
на какое-то время все трое молчали, погружённые в свои мысли.
— Как думаешь, Карлос нас не подставил? — вдруг спросил Ясин, нарушив тишину.
Аарон пожал плечами:
— Сложно сказать. Но у нас нет другого выбора. Мы должны доставить этот груз,
получить свои деньги и двигаться дальше.
— А если в Леоне нас ждёт ловушка? — не унимался Ясин.
— Тогда я сделаю всё, чтобы нас из неё вытащить, — твёрдо ответил Аарон, и в его
голосе не осталось места сомнениям.
Ли, глядя на закатное солнце, пробормотал:
— По крайней мере, если это наша последняя поездка, мы будем знать, что ели лучший
буррито в мире.
Эти слова неожиданно заставили всех улыбнуться. Даже Ясин не смог удержаться от
лёгкой ухмылки.
Сан-Луис-Потоси встретил их вечерним сиянием старинных фонарей и запахом угля, на
котором жарилось мясо для тако. Город выглядел как ожившая открытка из 1974 года:
мощёные улочки, стены зданий, покрытые выцветшей штукатуркой и графикой в стиле
мурализма, и мотоциклисты в старых шлемах, обгоняющие грузовик, сигналя без видимой
причины.
На главной площади, освещённой жёлтым светом уличных фонарей, собирались люди.
Мужчины в шляпах и пончо обсуждали дела, держа в руках бутылки пива, а дети играли в
мяч возле фонтана, украшенного мозаикой. В воздухе витала смесь звуков: гитарные
переборы уличных музыкантов, смех торговцев и глухой гул старых автомобилей.
"Громкий Тони", словно стараясь не разрушить атмосферу, осторожно пробирался по
узким улочкам, его двигатель громко урчал, привлекая любопытные взгляды.
— Здесь пахнет историей, — заметил Ли, выглядывая из окна. — Как будто время
остановилось.
— Или просто не торопится, — усмехнулся Аарон, внимательно следя за дорогой.
Ясин, облокотившись на спинку сиденья, лениво бросил: — Как думаешь, Ли, может, ты
родился не в то время? Такое место явно создано для твоего "бурритоизма".
Ли лишь пожал плечами, глядя на фонтан, где отражались огоньки площади.
Мотель, который они выбрали, был словно иллюстрация к путеводителю по ретро Мексике. На выцветшей вывеске "Casa Del Sol" виднелось солнце с улыбкой, а на
парковке стояло несколько стареньких седанов, покрытых пылью. У входа на табурете
сидел пожилой мужчина в рубашке с расстёгнутым воротником и соломенной шляпе. Он
курил сигарету и смотрел на приезжих с интересом.
— Добрый вечер, — начал Аарон на испанском, стараясь говорить чётко. — Нам нужен
номер на троих.
Мужчина вытащил сигарету изо рта, оглядел их с головы до ног и медленно кивнул: —
¿Turistas? — Его голос был хриплым, словно он провёл годы на ферме или у микрофона
старого радио.
— Не совсем, — ответил Аарон, улыбаясь. — Мы просто проездом.
Получив тяжёлый металлический ключ с номером комнаты, парни направились внутрь.
Комната выглядела так, будто её убранство не менялось с 50-х: скрипучие кровати с
металлическими спинками, вентилятор на потолке, который скорее создавал иллюзию
ветра, и небольшая раковина с зеркалом, покрытым мелкими трещинами.
— Здесь даже радиоприёмник ретро, — сказал Ли, указывая на старый аппарат на
прикроватной тумбочке. — Может, он ловит только музыку 50-х?
— Или рассказы о призраках, — добавил Ясин, осторожно опускаясь на кровать, которая
тут же издала жалобный скрип.
Аарон присел на стул у окна, глядя на улицу: — Мы не будем здесь долго. Главное, чтобы
ночью никто не трогал "Громкого Тони".
Позже, прогуливаясь по улицам, они наткнулись на рынок. Он был наполнен
разноцветными лампочками и запахами жареного мяса, свежей кукурузы и горячего
шоколада. Женщины в ярких юбках с вышивкой торговали сладкими чуррос и
стаканчиками с чемадой — мексиканским десертом из кукурузы, сливок и сыра.
Ли, словно ведомый голодом, первым подошёл к палатке с тако. Мужчина в большой
соломенной шляпе с ловкостью жонглёра накладывал жареное мясо на тёплые кукурузные
лепёшки, добавляя соус и посыпая свежей кинзой.
— Пожалуйста, дайте мне три! — с восторгом сказал Ли, глядя на процесс, как на
искусство.
— А мне стаканчик атоле, — сказал Ясин, указывая на большой котёл с парящим
напитком.
Аарон просто наблюдал за суетой, наслаждаясь атмосферой. Его внимание привлёк
музыкант с гитарой, который пел балладу о любви, и продавец воздушных шаров,
раздающий детям шарики в виде различных фигур.
— Если бы у нас было время, я бы остался здесь на пару дней, — пробормотал Аарон,
будто говоря сам с собой.
Ли повернулся к нему, держа своё тако: — Может, бросим всё и откроем тут своё дело?
Будем продавать бензин и буррито.
— Угу, и через неделю нас поймает Карлос, — ответил Аарон с лёгкой усмешкой.
Вернувшись в мотель, они попытались заснуть, но шум вентиляторов и доносящиеся с
улицы звуки гитары не давали покоя. Ли перевернулся на бок, глядя в потолок:
— Как думаете, этот город не оставит нам тёплых воспоминаний?
— Главное, чтобы он не оставил нам дыр в карманах, — буркнул Ясин.
Аарон, лежа на спине, тихо произнёс: — У этого места есть своя магия. Только не
расслабляйтесь слишком сильно — мы ещё не в Леоне.
На следующее утро они сели в "Громкого Тони", который с трудом завёлся после ночного
отдыха. Парни обменялись взглядами, словно проверяя друг друга на готовность к новому
дню.
Сан-Луис-Потоси остался позади, а перед ними снова растянулась бесконечная трасса,
ведущая их всё дальше вглубь Мексики.