В почтовых постах ранее было описано, какие сюрпризы могут ждать почтальона во время общения со старичками. Но пенсионеры - они как хоббиты: вроде бы ты уже знаешь их сто лет и всё видел, но они всегда найдут чем тебя удивить. Психиатры не дадут соврать: бред больных разнообразен и непредсказуем. И вроде начинается всё невинно... Ну вот делает, допустим, бабулька шторки на дверные проёмы из скрепок и старых открыток. Такие, знаете, с висюльками, декоративную "лапшу". Месяц крутит, два крутит... Ну и что тут такого? Но она в процессе забывает поесть и ходит в туалет под себя. Может по 20 часов в сутки так сидеть, пока не вырубится. Встанет с утра - и опять. Через 3-5 дней нагрянет обеспоконенная родня - а там весь дом в висюльках, да отощавшая бабка вся в говне. Это, благо, без меня обошлось. А вот один сдвиг по фазе прямо при мне случился. Иду, несу пенсию, бабульки, меня завидев на углу дома, со двора прыснули по квартирам. Я знай себе по подъезду иду, раздаю. И вот захожу с одной - а она в крик! Караул, ограбили меня! Соседи ограбили! Спрашиваю, что украли. Говорит - унитаз. У меня глаза на лоб, я ж не в курсе, что психбольные обычной человеческой логике неподвластны. Спрашиваю: "Баб Маш, а кому он нужен и нафига? Унитаз твой б/у? И как соседи к тебе в дом попали-то?", а она мне: "Они сначала ключи украли у меня, копию сняли, а теперь пришли воровать". Ну я туда-сюда, чтоб деньги не отдавать, говорю: "Пойдём, посмотрим, где там унитаз твой". Пошли в санузел, унитаз на месте, естественно. Говорю: "Вот, баб Маш, смотри: на месте твой горшок, никто не брал". Она поглядела-поглядела, и отвечает: "Вернули, суки". Тут, братцы, не до смеху, чесслово. Пришлось бежать по соседям, чтобы те позвонили детям, чтобы приехали бабке помочь. Деньги не отдаю, конечно. Интересно вот что: накануне баба Маша потеряла ключи. Выронила у почтовых ящиков, их потом нашли и все про них забыли. А соседи говорят, ещё с утра совсем нормальная бабка была. Я иногда думаю, не мог ли этот пустяковый случай стать триггером для старческого мозга.

В один прекрасный момент задолбанность от этого всего стала перевешивать все мои рассуждения о безработице. И тут выяснилось, что моей коллеге со второго участка нужно идти в отпуск. В котором она толком не была уже 8 лет - это информация для понимания того, какой срач творился в кадрах на Почте России в начале 2010-х. Конечно, подводить подругу было нельзя. Героически взвалив на себя два участка, я со своей стороны сделала всё, чтобы человек смог сходить отдохнуть и поделать дела. Второй участок, "катакомбы и пыточные", был самым длинным и весьма несуразным, как уже говорилось ранее. Его боялись все, особенно нормировщики, и ходить среди его извивающихся улочек и переулочков было сущим наказанием. Кроме того, он изобиловал всяческими организациями самого разного профиля и размера: от мелких ип до огромного завода, на котором работала треть жителей микрорайона. Все они хотели получать свою корреспонденцию как можно раньше, как минимум - в первой половине дня. Два самых длинных участка никак не получалось проходить за один день, разнося всё вовремя. Тогда в работу была введена такая схема: один день я иду по своему участку плюс все организации второго, другой день - по второму участку плюс все организации своего, первого. Таким образом все юрлица получали свою корреспонденцию вовремя, а все остальные - с задержкой на сутки. И по сравнению в недельными завалами, которые случались в сложные времена, это было чертовски хорошо! Высунув язык на плечо и помирая от жары, я бегала по участкам и подбадривала себя, прикидывая в уме барыши от двойных объёмов. Каково же было моё удивление, когда в следующим месяце, в сентябре, получив квиток, я увидела там сумму меньшую (как сейчас помню, просто сюр), на 20 рублей меньшую, чем за обслуживание одного своего участка в июне. Грусти моей и гневу не было предела. Что выяснилось: переработка моя не была оформлена должным образом, поэтому денег я не получу. За это я до сих пор посылаю лучи поноса начальнику отделения, хотя в общем и целом она была неплохой тёткой. Но не очень умной. Имея в моём лице безотказного надёжного сотрудника, готового за честь родного отделения идти почти куда угодно и когда угодно, она умудрилась его просрать. Пересчёт начисленного был невозможен, начисление в другом месяце тоже, поскольку работник на участке на месте. По всем документам славно вышло: будто второй участок в августе успешно обслужил сам себя. А может, кто-то положил себе эту сумму в карман? Я не знаю. Начальница объясняться и исправлять свою ошибку на потчамт не поехала. Я оказалась в дураках по полной программе. Наверное, нужно было самой идти куда-то, добиваться чего-то и всё такое прочее, но этого ничего не было, моя неопытность и леность сыграли со мной злую шутку. Оскорбившись в лучших чувствах, я положила на стол начальства заявление об увольнении. В конце октября дверь отделения закрылась за мной, как за сотрудником, раз и навсегда.

Старички с района ещё долго потом меня встречали на улице и звали обратно. Позже, в декабре, был страшный завал: болело разом три почтальона, столы на сортировке были завалены до потолка, ничего не доставлялось. Мне звонили и звали обратно. Но честно вам скажу: это место работы я рассматриваю только как наикрайнейший вариант на случай, если буду подыхать с голоду. Мой трудовой стаж включает три подразделения Почты России, и нигде я не видела такого пренебрежительного отношения к сотрудникам, хуже разве что в сортировочном цеху.