В своей стране император мог позволить себе все что угодно, включая помпезную коронацию в стиле Наполеона Бонапарта, стоившую треть годового государственного бюджета. Он долго к этому шел. Сын деревенского старосты, Жан-Бедель Бокасса осиротел в шесть лет, после того как его отца забили до смерти представители французских колониальных властей за отказ подчиниться их произволу, а мать покончила с собой. Отучившись в миссионерской школе, Жан-Бедель поступил во французскую армию, сражался во Второй мировой и Индокитайской войнах. В 1960 году родина Бокассы стала независимой Центральноафриканской Республикой. Ее первый президент Давид Дако, выходец из того же клана, что и Бокасса, приблизил к себе перспективного офицера и назначил начальником штаба вооруженных сил.

Жан-Бедель «отблагодарил» Дако несколько лет спустя: заручившись поддержкой армии, в новогоднюю ночь на 1 января 1966 года он организовал государственный переворот и захватил власть. Свергнутого президента Бокасса сначала бросил в тюрьму, но, не желая портить отношения с Францией — источником субсидий для бывшей колонии, через некоторое время поместил под домашний арест, а потом даже сделал своим советником. Однако он жестоко расправился с ближайшими сторонниками Дако, распустил парламент и отменил действующую конституцию. Шесть лет спустя, в марте 1972 года, Жан-Бедель провозгласил себя пожизненным президентом, но и этого ему было мало. В 1977-м диктатор короновал себя императором Бокассой I. Республика стала Центральноафриканской империей.

Издержки режима

Президент Франции Валери Жискар д’Эстен на коронацию Бокассы не приехал, однако его министр обороны отправил в Банги целый батальон и 17 самолетов, дабы придать церемонии должный размах. Бывшая метрополия охотно обеспечивала ЦАИ финансовую и военную поддержку. У Франции к Бокассе был свой интерес, во многом связанный с открытым в 1965 году урановым месторождением Бакума. Жискар д’Эстен объявил себя «другом и членом семьи» Бокассы, гостил у него, два лидера вместе ездили на охоту. На международном уровне император ЦАИ считался вполне респектабельным правителем. Его приглашали в СССР, Китай и другие страны, был период сближения с Ливией, когда Бокасса даже ненадолго принял ислам.

В своем государстве Бокасса сделал все, чтобы его боялись. Еще до коронации диктатор пытался внедрить отрезание ушей в качестве кары за воровство, но отказался от этой практики под давлением международной общественности. В тюрьмах узники умирали от побоев и голода. А с заговорщиками узурпатор показательно расправлялся с особой жестокостью. Гражданам надолго запомнилась судьба его ближайшего соратника Александра Банзы. Когда тот, рассорившись с Бокассой, замыслил новый переворот и был схвачен, Жан-Бедель лично забил бывшего друга почти до смерти, а потом велел расстрелять. Ходили слухи, что Бокасса скармливает неугодных крокодилам и львам, а то и съедает сам.

Между тем империя была близка к банкротству. Население нищало, производство сокращалось, скудела казна. А для роскошной жизни двора и регулярных выплат жалованья хотя бы гвардии и армии требовались все новые средства. А значит, и новые сравнительно честные способы выкачивания денег из населения.

Под одну гребенку

Во время визита в Китай Бокассе очень понравились дисциплинированные школьники в одинаковых форменных костюмах. Это, должно быть, и навело его на мысль сделать строгий учебный дресс-код обязательным во всей империи. Очень выгодно — ведь пошивом формы тогда займется предприятие, принадлежащее семье Бокассы, а покупать ее будут в магазинах, которыми владеет император. Деньги потекут рекой. И вот в 1978 году министерство образования объявило, что учащиеся начальных и средних школ будут допущены к занятиям только в костюмах установленного образца с портретом Бокассы.

Бокасса с президентом Франции Валери Жискар д’Эстеном в самолете. 1975 год

Стоила форма дорого, около 20 долларов США за комплект. Для сравнения, американский африканист профессор Томас О’Тул приводит средний годовой доход фермера в ЦАИ на душу населения в то время — около 136 долларов. Городские учебные заведения посещали по большей части дети госслужащих, те зарабатывали больше, но им задерживали зарплаты на несколько месяцев. Покупка формы становилась непосильной нагрузкой на семейный бюджет, особенно для многодетных родителей.

С 15 января 1979 года школьников без формы перестали пускать в учебные заведения. И тогда три дня спустя дети вышли на улицы. Толпа учеников двинулась по столице маршем протеста, обращаясь к Бокассе с лозунгом «Выдай зарплату нашим родителям!», к ним присоединились студенты. Полиция разогнала демонстрацию дубинками, но на следующий день молодежи собралось еще больше, около трех тысяч человек. Теперь кричали: «Вслед за шахом — Бокасса!», — намекая, что в Иране недавно свергли шаха Мохаммеда Резу Пехлеви. Протестующие громили магазины, строили баррикады в пригороде, куда их вытеснили солдаты и полиция. На третий день взбешенный Бокасса приказал жестко разогнать демонстрацию. По школьникам, студентам и примкнувшим открыли огонь, дети и взрослые погибли от пуль. Казалось, демарш подавлен.

Бокасса отменил обязательное ношение школьной формы, но это не помогло. К апрелю 1979 года полиция и учащиеся, как заявляли позже очевидцы, «находились практически в состоянии войны». В середине месяца четверо вооруженных людей в штатском попытались проникнуть на крупную сходку молодежи. «Мы сразу заметили их и попытались вытолкнуть, — рассказывал впоследствии восемнадцатилетний Симон Жёди. — Когда они вытащили оружие, мы побороли их, раздели догола и отправили на улицу, приказав явиться в таком виде к императору». Учащиеся бойкотировали занятия в знак протеста против репрессий. Бокасса в ответ отдал приказ о массовых арестах школьников и студентов. Солдаты разъезжали на грузовиках от дома к дому, хватая всех подростков, попавшихся под руку. Некоторые прятались в шкафах или под кроватями, другие убегали через окна. В тюрьмы было брошено около двух сотен школьников и студентов. Там их избивали дубинками и прикладами винтовок, сутками держали по 20–30 человек в одиночной камере без окон. Подростки умирали от травм и задыхались насмерть. По некоторым сведениям, Бокасса и сам приезжал избивать узников. Как пишет историк Брайан Титли, «вопрос о личном участии императора в расправе остается открытым, но его ответственность за случившееся несомненна».

Бывший император со своей книгой «Моя правда», изданной в 1985 году

Падение империи

Бокасса объяснял собравшимся у президентского дворца людям, что не знает, где их дети, возможно, сбежали в соседнюю страну. 20 апреля он выступил по радио, называя себя «отцом и защитником нации», и издал указ о «защите молодежи». На следующий день освободили оставшихся в живых школьников, а позже и студентов. Между тем информация о зверствах уже просочилась за рубеж. В мае 1979 года международная организация Amnesty International издала в Лондоне доклад об апрельских событиях. По мнению экспертов, всего погибло не менее сотни детей. Поддержка диктатора, обвиненного в подобных злодействах, становилась слишком опасной для репутации Франции, которую к тому же не устраивало сближение Бокассы, искавшего новые источники финансовой помощи, с Ливией. При этом в Париже не хотели, чтобы режим в Центральной Африке вышел из-под контроля. Однако ситуация накалялась. Бывший президент Дако сообщил французскому правительству, что готов к участию в перевороте, но нужны войска. В августе, незадолго до того как комиссия Организации африканского единства, расследовавшая репрессии диктатора против школьников, официально подтвердила выводы Amnesty International, Жискар д’Эстен решил дать Бокассе шанс. Эмиссар президента Рене Журниак встретился с императором и предложил отречься от власти добровольно, а тот в раздражении огрел его по голове тростью.

Для операции по свержению диктатора улучили момент, когда Бокасса отбыл из ЦАИ в гости к ливийскому лидеру Муаммару Каддафи. Вечером 20 сентября отряды французских коммандос приземлились на больших транспортных самолетах в аэропорту Банги. С ними прилетел Давид Дако, которому ранее удалось бежать в Европу. В сопровождении французских солдат он прибыл на столичную радиостанцию и около полуночи объявил в эфире, что режим Бокассы низложен. Части, расквартированные в окрестностях Банги, сдавались одна за другой; элитная императорская гвардия в поместье диктатора побросала оружие и разбежалась. Несколько десятков ливийцев, незадолго до того присланных Каддафи для усиления центральноафриканской армии, тоже не оказали сопротивления. К утру французы контролировали все важнейшие объекты в столице. «Центральноафриканская империя пала без единого выстрела в ее защиту», — подытоживает Брайан Титли.

Диктатор, которого заочно приговорили к смертной казни, не бросился отвоевывать власть немедленно: шансы были очевидно малы. Страна снова стала республикой, а Дако избрали президентом. Жискар д’Эстен, впрочем, все-таки пострадал за то, что слишком долго закрывал глаза на выходки своего «друга». 10 октября 1979 года во французском сатирическом еженедельнике Le Canard enchaîné («Прикованная утка») была опубликована статья о том, как Бокасса купил лояльность президента бриллиантами на общую сумму в 250 000 долларов. Это способствовало падению популярности Жискара д’Эстена, и в 1981 году он проиграл выборы Франсуа Миттерану.

***

Низложенный Бокасса переехал в Кот-Д’Ивуар, а через четыре года перебрался во Францию, где эксдиктатору разрешили поселиться в его замке Ардрикур в пригороде Парижа. В 1986 году бывший император настолько уверился в своей безнаказанности, что вернулся в ЦАР, рассчитывая снова занять трон. Бокассу немедленно арестовали, судили по обвинению в убийствах, растрате государственных средств и каннибализме и приговорили к расстрелу. Казнь, впрочем, заменили пожизненным заключением, а через несколько лет старик вышел на свободу по амнистии. Он продолжал «чудить» и незадолго до смерти в 1996 году провозгласил себя «тринадцатым апостолом».

В 2010 году президент ЦАР Франсуа Бозизе подписал указ о полной реабилитации Бокассы, назвал его «великим гуманистом» и «сыном нации, признанным всеми в качестве великого строителя». Для кого-то «африканский Наполеон» по-прежнему идеал.

Автор статьи Владимир Веретенников

http://www.vokrugsveta.ru/article/320370/