В редакцию телеграм-канала «Инсайд Ульяновск» обратилась Диана(имя изменено). Она просит наказать виновных в гибели её мужа — отца 5-летнего сына и 9-летней дочери.
Под Новый год, 30 декабря, Ильяс (имя изменено) пожаловался на боль в пояснице. Решил перетерпеть — впереди праздник. Но боль не отступала, и 2 января он обратился к дежурному врачу в 4-ю поликлинику на Камышинской. Там поставили диагноз «остеохондроз», назначили уколы и отправили домой. Боль усиливалась, отдавая в внутренние органы, и не спадала температура. 8 января Ильяс снова пришёл в поликлинику — ему назначили более сильные лекарства, снова от остеохондроза.
«Я уже не выдержала, зашла к врачу и попросила анализы и УЗИ. В итоге муж сдал кровь и мочу — результаты оказались очень плохими. В тот же день его увезли на скорой в ЦГКБ с подозрением на мышиную лихорадку, — рассказала Диана. — Только через 3,5 часа сделали УЗИ и рентген — по ним всё было нормально. Анализ на антитела IgM взяли только во вторник, до этого лечения не было. Мы предложили платно сдать анализ и вернуться, но нас попросили написать отказ от госпитализации».
9 января супруги собирались в платную клинику, но утром Ильяс не смог встать: резко упало давление, критически снизилась сатурация. Его с мигалками увезли в ЦГКБ. Положили в инфекционное отделение, подключили кислород, сделали ФГДС — в желудке обнаружили кровь, начали лечение.
«Мы подумали, что худшее позади. Ильяс попросил привезти тетрадки — он готовился к последнему экзамену для повышения на руководящую должность, — вспоминает Диана. — На следующий день его перевели в терапию без объяснений. Боли усилились, он не мог встать».
Диана дозвонилась до дежурного врача . Тот сообщил, что перевод — распоряжение и.о. главврача. На вопрос о состоянии мужа врач ответил: анемия.
«Но анемия — это следствие. Гемоглобин падал: 8 января — 104, 9 января — 98, 10 января — 80. У него кровоточил желудок. Сказали, что кровоподтёки — якобы из-за гастрита».
Диана попыталась связаться с и.о. главврача «Говорила грубо, бросила трубку. После моих звонков мужу сделали УЗИ: органы в норме, только на желудке новообразование. Поставили капельницу, чтобы поднять гемоглобин».
11 января Диана приехала к мужу — он лежал под кислородом, ему тяжело дышать. «К нему никто не подходил, еды не приносили. Я пыталась достучаться до дежурных — отвечали, ждите понедельника. Принесла суп, накормила и уехала. В 8 вечера муж писал, что нет сил, во рту вкус крови, дойти до врачей не может. В 10 вечера пожелала спокойной ночи — он не ответил».
Позже Ильяса увезли в реанимацию — внутреннее кровотечение. В 3:27 понедельника он умер. Родным сообщили только в 6:30.
«Когда я приехала, заведующая сказала, что у Ильяса был рак желудка. Но это неправда. За две недели от него не умирают. Мой муж был крепким, спортивным, вел здоровый образ жизни. За 10 лет впервые вышел на больничный, ни разу не лежал в стационаре. Гистологию не делали, МРТ и КТ — нет. Как это возможно?» — недоумевает Диана.
Диана написала жалобу в минздрав, ждёт протокол вскрытия. Выписной эпикриз указывает только на доброкачественное новообразование.
«Никто из медиков не понёс наказания, не выявил истинную причину смерти. За три дня в ЦГКБ мы потеряли заботливого мужа и отца, ответственного сотрудника, верного друга, — сдерживая слёзы говорит Диана. — 9 февраля ему исполнилось бы 35 лет. Мы обсуждали юбилей, ипотеку, отпуск. Врачи убили его своей халатностью и бездействием».
После получения протокола вскрытия Диана намерена обратиться в прокуратуру и запросить независимую экспертизу.
