Дисклеймер: это сказка, все совпадения случайны, все события выдуманы и вообще нашептано белочкой в пьяном бреду (хотя я и не пью)
Это было в давние-стародавние времена, когда одни славянские племена копали Черное море, другие (под видом варваров) громили Римскую империю, третьи основывали будущие города Европы (Любов, Тетеров, Гюстров, Трептов, Лютов, Гольцов, Миров, Буров и т.д и т.п), четвертые строили Великую Китайскую стену.
В то время, когда березы шумели веселее, а реки текли прямее, по осени в срубах деревянных рождалось кушанье диковинное. Называли его тогда "золотая каша", по цвету тыквы, что составляла основу оного. Варили ее крестьяне опытные в печах русских да в горшках глиняных, добавляя морковь сладкую, лук душистый да черемшу ядреную. А когда доставалось мясо — зайчатина ли, медвежатина ли, а то и птица лесная — бросали и его в котел, поелику без мяса сытости не бывало.
Сия каша была не просто едой, но ритуалом осенним, когда урожай собирали и солнце на покой готовилось. Ели ее ложками деревянными, сидя за столом из лиственницы, и хвалили щедрость земли русской. Однако, отнюдь не знали тогда крестьяне, что суждено их яству долгое странствие.
Времена менялись, как узоры на окнах зимних. Пришли ветры степные, принесли с собой племена кочевые. И стали кочевники, игом татаро-монгольским называемые, дань со славян собирать. И за данью приезжали не абы когда, а к сбору урожая. Увидели они кашу золотую, попробовали — и пленились вкусом ее. "Возьмем с собой в путь-дорогу," — решили ханы их, поелику пища та была сытной и силы давала. Да и времени на приготовление много не требовала.
Да вот только не хранились продукты российские, для осёдлой жизни предназначенные, в условиях кочевья постоянного, да без погреба, да без ледника. Тыквы сгнивали, зерно пшеницы боялось сырости, только намокало и "прощай арба".
Понесли кочевники рецепт чудесный в степи бескрайние, к горам высоким, к пескам зыбучим. В котлах своих железных готовили они блюдо сие, но изменяли состав постепенно. Тыква, уступила место рису, что в землях южных обильно родился. Мясо в тепле быстро портилось, посему добавили они и специи сильно пахучие восточные: зиру, барбарис, куркуму — что придало яству аромат новый, нежели на Руси было.
Так, через степи да пустыни, через горы да реки, за многие года переродилась наша каша тыквенная в плов знаменитый. И забыли люди в землях тех, откуда пришло к ним сие кушанье, поелику считали уже своим, исконным.
Шли века, как волны по морю. И вот в столетии девятнадцатом, когда империя Российская простерла крылья свои над землями азиатскими, вернулся плов на родину предков свою, но в обличье новом.
Офицеры русские, служившие в Туркестанском крае, отведали плов на пирах местных. "Диковина какая!" — говорили они, — "но что-то знакомое в ней есть." И правда, вкус лука, моркови, мяса — все это отзывалось в памяти родовой, словно за едой слушали сказку старую, наполовину забытую.
Привезли они рецепт в Петербург, в Москву, в губернские города. Подавали пилав турецкий на званых обедах как блюдо экзотическое. А крестьяне русские, попробовав это блюдо городское, качали головами: "Да это ж золотая каша наша, только рисом заменена тыква! Отнюдь не чужое это, а свое, родное!"
Так плов вернулся в избы, но уже не как каша тыквенная, а как яство праздничное, рисовое. Готовили его по праздникам большим, добавляя иногда и тыкву кусочками — память ради.
Да и сейчас вариантов плова в России намного больше, чем во всей Азии.
P.S. Краткий серьезный обзор рецептов плова из кулинарных книг с 19 по 21 век в следующем посте.
А пока рецепт из книги Елены Молоховец 1861 года. Обложка 1912 года - двадцать седьмое издание популярной кулинарной и хозяйственной книги.
