Арнольд Шварценеггер в книге Моя Юность и Борьба вспоминал
Как-то мы со СильвестромСталлоне шли по Венис-Бич, мне было лет двадцать девять. В киоске продавали пляжных красоток
Тогда была такая мода - покупать красоток, а ещё - меняться ими
Я этой страсти никогда в жизни подвержен не был, а тут вдруг ткнул пальцем и попросил - "Слай, купи". И ладно бы я выбрал девицу потрясающей красоты - Мэрилин Монро, Элизабет Тейлор, Дайан Китон, Шерон Тейт...
Но я почему-то захотел купить Бригитту Нильсен. Когда Слай отворачивался, я на неё смотрел, прижимал к сердцу. До сих пор эта шведка где-то в Голливуде шкерится
Пролетели годы. Я собрался сниматься в Конане-Варваре. Причем был в себе совершенно уверен, у меня был большой бицепс. Когда режиссёр Джон Милиус приводил меня на работу, оставлял там с кем-то, то, возвращаясь, он всегда заставал одну и ту же картину. Вокруг - небольшая толпа, а я показываю бицуху
Милиус с ужасом спрашивал - "И давно он так?" - "Да часа полтора уже", - отвечали ему. Ну действительно - бицепс был большим. И потом, я так любил показуху, что совершенно искренне полагал - а кто, если не я?
И вдруг на съёмках Конана-Разрушителя я обнаружил, что вокруг ходят здоровые парни. Высокие, мощные - с фигурами, глазами, волосами. А я рядом - такого общипанного, задрипанного вида, день ног пропускал...
Я по сравнению с ними был, как штатив у микрофона. И никаких выдающихся мест у меня тогда уже практически не было. Мне всегда говорили - "Ну хватит показывать руки, не пропускай день ног". Ноги - как руки
Я заходил в съёмочный вагончик Бриджит Нильсен, но она этого не чувствовала и никуда не ехала. Приходилось подпрыгивать - она догадывалась - "О, кто-то вошёл" - и начинала двигаться
Позже, когда на съёмках Правдивой Лжи познакомился с Джейми Ли Кёртис, мы друг другу часто плакались в жилетку. Она показывала мне письма от "добрых" зрителей, они писали - "Вам не только Гамлета играть - перед камерой показываться не стоит". Джейми смотрела на меня и утешала - "Эти бугорки на твоём пузе, они у тебя так извиваются-извиваются... Не знаю, мне нравится"
Я тоже говорил ей, что он прекрасна
Но во время семидесятых такого товарища у меня не было. Совершенно неожиданно для себя я узнал, что на очередной тур Мистера Олимпия надо прийти в купальном костюме. Пришёл, ноги буквально заплёл, чтобы они сошлись хотя бы. Вызывают по 10 человек. Мы стоим, а эти иезуиты внимательнейшим образом на нас смотрят - кто-то очки снимает, кто-то надевает. Рядом со мной - фигуристая красавица с глазами и ресницами. Как какое-то пособие - какими качки быть должны, а какими не должны
Я стою - униженный и оскорблённый, даже не как лошадь, а как Итальянский Жеребец. И понимаю - комиссию надо брать чем-то невероятным, несусветным. Нам дают задание - изобразить, будто мы моем окна. Все моют маленькие окна - практически форточки. А у меня было та-акое окно - этой сцены не хватит, видимо, какая-то американская витрина. И я бегал из конца в конец и вытирал её всем телом.
Поскольку я перед комиссией все время мельтешил, они смотрели только на меня, туда-сюда головами крутили. Короче, этот тур я проскочил. И к какому педагогу, вы думаете, я поехал лет через 20 после этого? К моему другу Мистеру Пельменная в Россию!
Для меня он всегда оставался самым красивым человеком и самым блистательным культуристом
В современной литературе есть огромное множество сеттингов и межавторских циклов. Можно вспомнить Забытые Королевства, Вархаммер, и многие другие сеттинги, детально проработанные и возделываемые трудолюбивыми и плодотворными авторами. Глядя на всё это великолепие, становится несколько обидно за первую из известных фэнтези-вселенных. Детально прописанную, проработанную. И нереализованную в полной мере.
Роберт Ирвин Говард, один из пионеров фэнтези, для удобства работы над рассказами о новом персонаже, Конане, сочинил историю мира. Описывая историю и декорации для своих рассказов, Говард создавал первую проработанную фэнтези-вселенную.
За основу был взят наш мир, с его географией и народами. Щедро замешав историю мира с мифологией, легендами и мистикой, Боб-Два-Ствола потряс шейкер и выдал довольно неоднозначный результат. В его сеттинге появилась Атлантида, Гиперборея и Лемурия. Такие народы, как пикты, атланты и гиперборейцы, оживали на страницах этой выдуманной летописи. Описание Хайборийской Эры и эры предшествующей, Турийской, фактически помещает двух своих персонажей, Кулла и Конана, в один мир, но с разницей в тысячелетия. Незадолго до своей смерти Роберт Ирвин Говард отправил эссе «Хайборийская эра» в фэнзин «The Phantagraph».
В принципе, Говард и так слыл чудаком, и на фоне общего отношения к нему это «чудачество» несколько теряется.
Тем не менее, сам факт того, что автор отправил редактору фактически рабочий справочный материал в художественной форме, не может не вызвать вопрос.
Зачем?
Большая Тройка «Weird Tales»
Логотип с обложки «Weird Tales», 1929 год
Почти сто лет назад в журнале «Weird Tales» публиковались разные авторы. Среди них выделялись трое, которых называли «Большой Тройкой»: Роберт Ирвин Говард, Говард Филлипс Лавкрафт и Кларк Эштон Смит. Эти авторы были не просто коллегами, издававшимися в одном журнале. Они были друзьями, хоть и по переписке.
Кларк Эштон Смит
Кларк Эштон Смит
Кларк Эштон Смит родился в 1893 году в Калифорнии, США. Уже в четырнадцать лет он написал первый короткий приключенческий роман, через некоторое время – второй. С 1910 года было выпущено несколько его рассказов.
В 1912 году выходит сборник стихов Кларка Эштона Смита – «The Star-Treader and Other Poems». Молодой девятнадцатилетний поэт и его стихи были тепло восприняты критиками, и Смит оказался в обществе известных авторов. Из-за проблем со здоровьем вскоре после выхода первого сборника стихов Смит какое-то время мало писал. Некоторые биографы указывают, что основной проблемой было не здоровье, а отношение родителей к творчеству сына. В 1918 году выходит небольшой сборник «Оды и сонеты». Былой популярности это не вернуло, но Смит познакомился с многими авторами того времени.
В 1922 году выходит второй сборник его стихов – «Ebony and Crystal». Вскоре после его выхода Кларк Эштон Смит получает письмо от поклонника – Говарда Филлипса Лавкрафта.
Говард Филлипс Лавкрафт
Говард Филлипс Лавкрафт
Говард Филлипс Лавкрафт родился в 1890 году в городе Провиденс, штат Род-Айленд. Писать рассказы он начал ещё в детском возрасте, но серьёзную карьеру гений ужаса начал, кидая гневные комменты в газеты. Капитально закусившись с Джоном Расселом, писателем (а в будущем и сценаристом), и устроив гневную переписку, два любителя покидать комменты так развлекли публику, что в 1914 году обоих пригласили присоединиться к «Объединённой Ассоциации Любительской Прессы». Чем оба и воспользовались. Тем не менее Лавкрафт не был «газетным троллем», и заводил знакомства и вёл переписку с разными авторами. В 1916 году Лавкрафт публикует рассказ «Алхимик». После «Алхимика» вышло ещё несколько рассказов, но о них лучше прочесть в биографии Говарда Филлипса Лавкрафта, или спросить у поклонников его творчества. После знакомства с Кларком Эштоном Смитом в 1922 году, круг общения Лавкрафта расширился за счёт знакомых Смита.
Следующий рассказ, который стоит упомянуть в рамках этой статьи – «Дагон», опубликованный в 1923 году в журнале «Weird Tales». Спустя два года в этом же журнале публикуется «Копьё и клык», первый рассказ третьего автора из «большой тройки» – Роберта Ирвина Говарда.
Роберт Ирвин Говард
Роберт Ирвин Говард
Биографию Роберта Ирвина Говарда я уже описывал в предыдущей части. Коротко повторюсь – родился 22 января 1906 года в деревне Пистер, в Техасе, США. К 1919 году семья перебралась в Кросс-Плейнс в Техасе.
Роберт Ирвин Говард публиковался в различных pulp-журналах, пробовал себя в разных жанрах. Ранние рассказы Говарда были посвящены исторической и приключенческой тематике. «Копьё и клык» был рассказом о противостоянии неандертальца и кроманьонца, и в скором времени в творчестве Говарда появились такие персонажи, как Соломон Кейн (1928), а следом за ним и Кулл (1929). Вышедший в «Weird Tales» рассказ «Королевство Теней» о Кулле, в котором Р.И.Г. совместил ужасы, фэнтези, боевик и магию, стал предвестником поджанра фэнтези, известного как «Меч и колдовство». Успех «Королевства теней» подстегнул автора, и вскоре у него набралось несколько рассказов о Кулле, но в печать взяли только одну новеллу. Идею про благородного варвара пришлось убрать на полку.
Забавный факт. Именно в «Королевстве теней» впервые был упомянут концепт рептилоидов, которые скрывались под личиной людей и тайно правили миром.
Продолжая экспериментировать с жанрами, Роберт Ирвин Говард затронул и ужасы. В 1930 году после выхода в «Weird Tales» новеллы «Крысы в стенах», Говард пишет письмо её автору – Лавкрафту. Завязывается дружеская переписка, в которой авторы обсуждают пантеон вымышленных богов, вымышленные артефакты и книги.
Друзья и общие идеи
Иллюстрация к «Королевству Теней». Рептилоидов не любили уже в 1929 году.
Уже в 1930 году Роберт Ирвин Говард пишет новеллу «Дети ночи», в сеттинге, созданном Лавкрафтом. Рассказ был опубликован в 1931 году
Интересен он тем, что это первый из рассказов Говарда в цикле о профессоре Джоне Кироване, и первым из рассказов Говарда, который относится к «Мифам Ктулху». В этом же рассказе Р.И.Г. упоминает «Зов Ктулху» как художественное произведение, Лавкрафта как писателя – и «Некрономикон» как реальную книгу. Ктулху, и другие божества из «пантеона Лавкрафта» так же упоминаются как реальные объекты поклонения культистов. Кроме них упоминается и Цатоггуа – древнее божество за авторством Кларка Эштона Смита.
Цатоггуа в том же году «объявился» и у Лавкрафта. Причём у Смита это божество «отметилось» последним – так уж получилось.
С 1933 года началась переписка и между Говардом и Смитом. Трое авторов, ставших друзьями по переписке, активно обменивались материалами и идеями. Так у Лавкрафта кроме Цатоггуа появляется «Книга Эйбона» авторства Смита, и в рассказе «Шепчущий во Тьме» появляется верховный жрец Атлантиды – Кларкаш-Тон.
Кларк Эштон Смит не остаётся в стороне, и упоминает в рассказе «Возвращение колдуна» «Некрономикон».
Но важнее другое – в рассказе «Уббо-Сатла» Кларк Эштон Смит упоминает таких божеств, как Ктулхут и Йог-Зотот. И этим же рассказом напрямую связывает этих божеств со своим «Гиперборейским циклом».
Пересечения авторов «Большой Тройки», явные и завуалированные, можно перечислять очень долго. И Роберт Ирвин Говард, и Кларк Эштон Смит оставили свой след в «Мифах Ктулху», написав несколько рассказов и сделав сеттинг межавторским.
Рождение Конана и Хайборийской эры
Одна из многочисленных версий карты Хайборийской Эры.
В 1932 году Роберт Ирвин Говард путешествовал по Техасу, предаваясь «неумеренному потреблению энчилады, тортильи и дешёвого испанского вина». Во время одной из остановок он вдохновился мрачным пейзажем и написал стихотворение «Киммерия». Спустя некоторое время у него возник образ нового персонажа – Конана.
Глубоко переработав неопубликованную новеллу «Сим топором я буду править» о Кулле, Говард написал новеллу «Феникс на мече» - первое произведение о Конане. Тварь, упомянутая в этом рассказе, по словам того же Говарда являлась отсылкой к существам Лавкрафта.
История Конана развивалась. В некоторых новеллах Роберт Ирвин Говард давал отсылки на существ из творчества Лавкрафта – в «Башне Слона», «Бог в чаше» и «Скользящая тень». Тем не менее, рассказы о Конане оставались самостоятельными произведениями. Чтобы мир имел пространственную структуру и целостность, Роберт Ирвин Говард создал ряд заметок и нарисовал несколько вариантов карты мира, который часто ошибочно называют «Хайборией».
В 1935 году Роберт Ирвин Говард систематизирует свои рабочие заметки, и пишет эссе «Хайборийская эра». Это эссе приняли в печать, но опубликовано оно было уже после самоубийства автора, в августе 1936 года.
Смерть Говарда сильно затронула его друзей – Смита и Лавкрафта. Спустя девять месяцев скончался от рака и Говард Филлипс Лавкрафт.
Подавленный из-за смерти друзей и родителей, Кларк Эштон Смит на некоторое время прекращает писать
«Золотой век» «Weird Tales» закончился.
Наследие.
Просто офигенный арт. Не мог не вставить.
«Arkham House»
Август Дерлет, с подросткового возраста переписывавшийся с Лавкрафтом, после его смерти получил в руки многочисленные черновики покойного писателя.. В 1939 году Дерлет основывает издательство «Arkham House», в котором публикует рассказы Лавкрафта в твёрдой обложке. В книгах этого издательства публиковались как рассказы Лавкрафта, так и «в посмертном соавторстве» с Дерлетом, дописывавшим черновики своего друга.
Деятельность Дерлета была посвящена популяризации творчества Лавкрафта и продолжению заданного им тона в литературе. В результате стараниями Августа Дерлета «Мифы Ктулху» стали огромным межавторским сеттингом.
Одним из авторов, поддержавших Дерлета в самом начале, стал Кларк Эштон Смит.
Сага о Конане
Лайон Спрэг де Камп. Тот, кто раскрутил Конана и раскрутился на Конане.
После смерти Роберта Ирвина Говарда его литературное наследие и права на него, согласно завещанию, должно было отойти к близкому другу писателя – Линдси Тайсону. Айзек Мордехай Говард, отец писателя, пытался это скрыть. Как выяснилось, напрасно – даже узнав о завещании, потрясённый смертью друга Тайсон отказался от какой-либо связи с этими книгами. В результате права на литературное наследие отошли к Айзеку Говарду, который всю жизнь сына считал его профессию «бредом», и требовал у Роберта «устроиться на нормальную работу».
Айзек Мордехай Говард был человеком своеобразным. Сначала он чуть не разорил семью, вкладываясь в «стопроцентные способы разбогатеть», потом корил свою жену Эстер за то, что она потакает «бредовым увлечениям» сына. После смерти Роберта с Айзеком сотрудничал его литературный агент - Отис Адельберт Клайн. Два любителя наживы безуспешно пытались продвинуть роман «Джентльмен из Медвежьего ручья». После провала романа Айзек передал права на литературное наследие сына своему другу, тот ещё кому-то…
В 1946 году в издательстве «Arkham House» в твёрдом переплёте выходит сборник рассказов Говарда «Skull-Face and Others», а в 1950 году в издательстве «Gnome Press» выходит роман «Конан-завоеватель» - переименованный для узнаваемости роман «Час дракона». Книга успешно продаётся, и остальные рассказы о Конане выходят в пяти книгах – но уже не имеют такого успеха.
На фоне успеха «Arkham House» и «Мифов Ктулху» «Gnome Press» пробуют повторить историю успеха Августа Дерлета. Для публикации недописанных черновиков Роберта Ирвина Говарда привлекают редактора, работавшего над переизданиями последних книг о Конане в «Gnome Press» – Лиона Спрэга де Кампа. Как и Дерлет, де Камп «в посмертном соавторстве» дописывает черновики Говарда, или «правит» неопубликованные произведения. Когда же неопубликованные произведения закончились, а кушать всё ещё хотелось, де Камп в коллаборации с Бьёрном Нюбергом написали книгу «Возвращение Конана». Вся деятельность де Кампа привела к тому, что в 1966 году совместно с Лином Картером он опубликовал в издательстве Lancer произведения о Конане как за авторством Говарда (под редактурой де Кампа), так и других авторов. Приправленные иллюстрациями Фрэнка Фразетты, эти книги разлетелись многомиллионными тиражами. Начался «Говард-бум» 70-х.
Издавались рассказы о Конане, комиксы о Конане. Итогом «бума» стали два фильма с Арнольдом Шварценеггером в главной роли.
Популярность Говарда привела к тому, что в фэндоме зазвучали требования о публикации оригинальных текстов писателя, без «глубокой» редактуры де Кампа и Картера. Со временем были изданы оригинальные («чистые») тексты Роберта Ирвина Говарда.
Общим итогом деятельности де Кампа стала посмертная популярность Роберта Ирвина Говарда, и огромное количество книг от подражателей, которые называли себя «продолжателями». Среди них немало достойных авторов: Роберт Джордан, Гарри Тертлдав и другие. Количество книг, написанных о Конане, превышает пять сотен (а может, и больше). Событий, описанных в них, хватит далеко не на одну жизнь.
Рвение де Кампа и «продолжателей» принесло Роберту Ирвину Говарду огромную посмертную популярность, а Конан стал одним из культовых героев фэнтези. Это особенно забавно и грустно одновременно, если посмотреть на то, к чему шёл (и вёл) сам автор.
Зачем понадобилась «Хайборийская Эра»?
фэнзины 30х годов
В феврале 1936 года в фэнзине «The Phantagraph» был опубликован первый фрагмент эссе «Хайборийская Эра» Роберта Ирвина Говарда. Второй и третий фрагменты были опубликованы уже после смерти автора, в августе и октябре того же года.
Фактически Роберт Ирвин Говард отправил в публикацию свои рабочие материалы, придав им художественный вид.
Неоднократно поднималась тема, что Роберт планировал самоубийство уже давно. Что он намекал Новалин Прайс на это в 1935 году, что за месяц до смерти он оставил завещание и дал распоряжения на случай своей смерти.
Отправка «Хайборийской Эры» тоже была частью этого завещания. Как я уже писал выше, наследником Говарда должен был стать его друг, Линдси Тайсон. Отец Роберта, Айзек, утаил завещание, но Тайсон сам отказался забирать литературное наследие своего друга, застрелившегося из его пистолета. Что было в завещании, и какие были отданы распоряжения, мы уже не узнаем. Но можем сделать некоторые выводы.
А о чём речь то?
Само эссе «Хайборийская Эра» состоит из двух частей. Первая часть описывает историю Турийской Эры (времена Кулла), историю Большого и Малого Катаклизмов и гибель Атлантиды и Лемурии. Говард детально описывает историю народов и судьбу стран, гибель цивилизации и то, как она вновь восстала из праха: рождение Стигии, Шема, Аквилонии и прочих стран, известных нам по его произведениям. Хронология повествования заканчивается на моменте, когда Конан покидает Киммерию и выходит в большой мир
Вторая часть эссе повествует о крахе Хайборийской цивилизации. О падении Аквилонии, о ледниковом периоде, о переселении народов. К концу второй части эссе Говард недвусмысленно подводит читателя к тому, что мы живём в том же самом мире, но настолько изменившимся. Что Хайборийская Эра для нас осталась только в мифах и сказках.
Может показаться, что Говард просто описал мир для читателя. Для большего понимания и представления о географии и истории мира. Но кроме истории, в эссе есть ещё несколько интересных и малозаметных моментов.
Во-первых, Говард в эссе «Хайборийская Эра» оставил отсылки на «Гиперборейский цикл» Смита – упомянув и Гиперборею, и намекнув на вурмисов. Именно «Гиперборейский цикл» имеет больше всего отсылок к творчеству Лавкрафта и Говарда.
Во-вторых, в эссе упомянуты и Древние Лавкрафта.
В-третьих, эссе не просто объединяет миры Кулла и Конана и «привязывает» их к нашему миру – оно так же является связующим звеном между произведениями Говарда, Смита и Лавкрафта. Именно метаморфозы мира, описанные в «Хайборийской Эре», превращают взаимные отсылки из относительной современности Лавкрафта и Говарда (к примеру, рассказ «Призрак Кольца») к Гиперборее и Хайбории не просто в «пасхалки», а в полноценную связь эпох.
Существует также ещё одно произведение (безымянный черновик), в котором Говард упоминает двух расхитителей гробниц, наткнувшихся в Египте на Стигийские захоронения, и обсуждающих легенды о Хайборийской Эре.
И самое важное
фэнзин The Phantadraph, с публикацией третьего фрагмента эссе «Хайбориская Эра»
И напоследок стоит указать на самый важный и самый малозаметный факт.
Роберт Ирвин Говард, относительно успешный коммерческий автор, отправляет своё эссе не в «Weird Tales», не в другой коммерческий журнал, а в «The Phantagraph». Не в журнал, где за рассказ можно получить хоть небольшой гонорар, а в фэнзин.
Для тех, кто не знает, объясню. Фэнзин – это непрофессиональное, некоммерческое издание. Печатались они на примитивном оборудовании, порой вообще на печатной машинке. И рассылалось «среди своих». «The Phantagraph» был фэнзином для писателей фантастики и фэнтези. Отправление «Хайборийской Эры» в «The Phantagraph» было буквальным творческим завещанием – Говард выдавал вымышленную вселенную, с её многовековой историей, мифологией и географией. В «Хайборийской Эре» подробно описаны народы и ключевые конфликты, менявшие мир.
Возможно, я ошибаюсь. Но иного объяснения отправки художественно обработанного рабочего материала в аналог рабочего чата того времени у человека, который решил уйти из жизни, я не вижу.
Лион Спрэг де Камп сумел распиарить Конана, но не заметил основную идею автора. Не заметил – или проигнорировал. Конан был известным персонажем, чьё имя привлекало бы внимание к обложке – именно поэтому «Gnome Press» переименовали «Час Дракона» в «Конан-завоеватель», и позже имя киммерийца появлялось почти на всех обложках издаваемых про него книг.
К сожалению, Линдси Тайсон не стал даже читать завещание Говарда. Шокированный самоубийством друга, он отказался как-либо участвовать в происходящем.
Какие инструкции получил Отис Клайн – неизвестно. Как и то, хотел Говард «похоронить» своё творчество, или создать первый межавторский, межжанровый сеттинг на основе первой из вымышленных фэнтези-вселенных – «Хайборийской Эры».
Памяти Роберта Ирвина Говарда
Роберт Ирвин Говард был очарован идеей цикличности истории. Взлёт, расцвет и падение цивилизаций завораживали его. Он был вдохновлён падением цивилизации Бронзового Века и падением Римской Империи под натиском варварских орд – и возрождением новых, более сильных цивилизаций на руинах ушедших народов.
Со смертью Говарда пала и Хайборийская Эра. Идея межавторского и межжанрового сеттинга была предана забвению, а одного из её героев сделали прообразом варвара в современном фэнтези. Исказив и изменив персонажа до неузнаваемости, написав по нему кучу фанфиков (ладно-ладно, «продолжений»), Хайборийскую Эру ради прибыли похоронили под вагоном книг разной ценности и качества.
Но Роберт Ирвин Говард был заворожён не упадком, а цикличностью истории. И сегодня, когда со смерти великого писателя прошло больше девяноста лет, есть шанс воплотить его идею в жизнь. Эссе «Хайборийская Эра», как и все материалы, созданные Робертом Ирвином Говардом, давно стали общественным достоянием.
Надеюсь, прочитав эти строки, какой-нибудь молодой автор — или даже признанный мэтр — отдаст дань памяти великому замыслу Роберта Ирвина Говарда. Напишет рассказ не о Конане и не о Кулле, а о забытых землях Хайборийской эры, о тени древнего бога, мелькнувшей в истории Шема, о философе из постатлантической эпохи. Не используя готовые клише, а опираясь на ту самую, первую вселенную.
Не обязательно о воине-варваре. Героем может стать воин, вор, маг – или простой крестьянский сын, провалившийся в древнюю крипту. Жанром может стать и «меч и колдовство», и хоррор. Да хоть детектив или романтическое фэнтези – Говард оставил будущим поколениям целую вселенную, в которой найдётся место всем.
Главное – вернуться на тот путь, что был потерян в 1936 году. Отвернуть от постоянных историй о Конане и Кулле, и взглянуть на мир под другим углом. Так сохранится концепция открытого межавторского цикла, и не будут нарушены ничьи права на торговые марки. Творчество Говарда, Лавкрафта и Смита уже давно стало общественным достоянием, и лишь некоторые персонажи и названия зарегистрированы как интеллектуальная собственность.
И если эту идею подхватят…
Тогда колесо истории, возможно, повернётся. Потерянная фэнтези-вселенная сможет восстать из праха книжных архивов — уже как открытый межавторский мир. Как общее достояние, каким её и задумывал Говард.
Автор текста: Никита Ежов. Написано специально для CatGeek и читателей Pikabu.
Когда Роберт Говард — один из ведущих американских писателей‑фантастов 1930‑х годов — создал Хайборийскую эпоху как фон для своих историй о воине Конане, вряд ли он мог представить, что спустя тридцать лет после его смерти его произведения не только станут культовыми среди поклонников фэнтези, но и обретут новую жизнь как сеттинг для одной из самых продолжительных и широко известных варгейм‑кампаний.
Талант Говарда расцвёл в период, который принято считать Золотым веком фэнтези и научной фантастики. Однако в 1940–1950‑е годы этот тип литературы практически исчез: большинство ведущих журналов прекратили существование. В 1960‑е, однако, американское издательство Gnome Press было основано с целью переиздания классических произведений этого жанра в твёрдом переплёте. К сожалению, предприятие опередило своё время и в итоге потерпело неудачу. Тем не менее одним из первых выпущенных томов стал единственный роман Говарда — «Конан‑завоеватель».
Я наткнулся на эту книгу примерно в то же время, когда увлёкся варгеймами, и сразу оценил её потенциал. Позже вышли и другие сборники — «Меч Конана» и «Король Конан» — прежде чем Gnome Press прекратило работу. Разумеется, впоследствии рассказы Говарда легли в основу целой серии успешных изданий в мягкой обложке; многие из них представляли собой попытки менее талантливых авторов заполнить пробелы в хронологии. Однако задолго до их появления я уже создал собственную Хайборийскую эпоху.
Большинство из нас, если честно признаться, в глубине души мечтают управлять судьбами множества людей, быть богатыми и могущественными. Отчасти именно поэтому мы читаем фэнтези — чтобы отождествить себя с этими отважными героями — и играем в варгеймы.
Создавая и развивая свою версию Хайборийской эпохи, я мог предаваться всем этим фантазиям, и временами Хайбория становилась для меня реальнее, чем довольно однообразная повседневная жизнь. Разумеется, я не ставил сознательной цели разработать все те разветвления, которые в конечном счёте появились в Хайбории. Поначалу мне просто требовался фон для эпизодических древних варгейм‑кампаний, но постепенно, почти само собой, всё разрослось.
Так уж вышло, что мне нравится всё организовывать: по профессии я бухгалтер и администратор, поэтому разработка систем военной службы, налогообложения, родословных и тому подобного давалась мне легко и, по сути, доставляла много часов удовольствия.
Мне повезло: Говард, хоть и не дотягивал до уровня профессора Толкина, вложил в свои истории куда больше фоновых деталей, чем обычно бывает в фэнтези. Он предоставил контурную карту, наложенную на карту современного мира — ведь Хайбория это не иной мир, а теоретическая эпоха нашего собственного мира, отстоящая на тысячи лет в прошлое. Хотя географическая картина была довольно расплывчатой и включала мало городов, в ней имелось множество этнологических подробностей. Именно на этом я и начал строить свою вселенную.
Одним из первых моих шагов стало увеличение карты Говарда до разумных размеров — 4′×4′ (4 фута на 4 фута). Затем я добавил множество географических деталей: прорисовал реки и горы, основал новые города и разделил его страны на более мелкие провинции.
Позже, когда я разработал налоговую систему, я пошёл ещё дальше: раскрасил всю карту, обозначив луга, холмистые местности, возделываемые земли, леса и т. п. На первых порах я набросал примитивную дорожную сеть, но позже создал сложную систему магистральных дорог (обозначенных красным) и второстепенных путей (зелёным). Уже много лет эта карта занимает почётное место на стене моего кабинета.
К счастью, довольно рано я догадался сделать две важные вещи: а) разбить карту на квадраты, пронумеровав их вдоль верхнего края и обозначив буквами по боковой стороне; б) накрыть карту листом прозрачного пластика — чтобы сохранить её и иметь возможность наносить временные элементы (например, государственные границы) с помощью графитовых карандашей.
На основе этой карты я спланировал весь континент. Поскольку на том этапе это был прежде всего фон для варгеймов, моей первой задачей стала разработка военной системы для континента. Опираясь на детали Говарда, я определил национальные особенности разных стран:
Асгард и Ванахейм на севере — это викинги;
Аквилония и Немедия — средневековые государства;
Стигия — с налётом египетской культуры;
Гикрания и Туран — персидско‑сарацинские;
и т. д.
Там, где Говард был расплывчат, я добавлял собственные идеи: сделал Бритунию греческой, а Коринф — римским. В какой‑то степени это зависело и от того, какие миниатюры у меня были под рукой: так, Дарфар получил население из ацтеков, а Куш — из масаи!
Определив национальности, я приблизительно оценил военную мощь каждой области: решил, что город будет поставлять определённое количество пехотных отрядов, провинция — столько‑то кавалерии и т. д. Слоны, колесницы и верблюды были распределены лишь по некоторым регионам — решение, которое позже приобрело большое военное значение.
В этой сфере я также удовлетворил свою страсть к чёткой организации, введя цветовую кодировку армий. Каждой стране назначались два цвета — например, Аквилонии достались чёрный и жёлтый, Коринфу — зелёный и белый и т. д. Они служили основой униформы их войск. При этом каждая провинция имела собственный цвет, наносившийся поверх униформы, а подразделения обычно отличались ещё и цветными выпушками, чтобы их можно было легко различить.
Всё это звучит просто, но на деле потребовало долгих размышлений и кропотливой работы. Позже многие армии значительно расширились, но цветовая кодировка сохранилась и полностью оправдала себя.
Хайбория уже обзавелась своими странами и армиями, но пока войны в ней велись исключительно по моей прихоти: начинались и заканчивались тогда, когда мне того хотелось. Это неизбежно вело к тому, что я невольно отдавал предпочтение одним странам и допускал предвзятость; кроме того, мне самому приходилось решать, кто с кем воюет и т. д.
Следующим логическим шагом стало создание правителей для разных стран и разработка для них систем государственного управления. Опять‑таки, это во многом было продиктовано моим удовольствием от разработки подобных вещей.
Прежде всего я проанализировал каждую страну и создал внутри неё своего рода феодальную систему, стараясь вписать её в национальные особенности каждой державы. Например, в средневековых странах вроде Аквилонии и Немедии я сначала разделил их на небольшие области, которые назвал графствами, управляемыми графом. Затем я объединил несколько таких областей в более крупную единицу — это мог быть герцогство либо территория под началом чиновника вроде главного маршала. Иногда такие единицы входили в состав княжества, а верховным правителем выступал король.
В других регионах деление шло на сатрапии, ханства, танства и прочие подобные образования, но в целом система оставалась той же.
Получив такую основу, я назначил знатный род для представления каждого политического уровня. Это потребовало немалой работы: в каждом случае нужно было составить родословное древо, охватывающее порой три поколения и несколько ветвей, а также придумать имена и возраст для всех созданных персонажей.
Имена стали одной из главных проблем. Я решил её, используя все имена, которые дал Говард, и дополняя их именами из книг других авторов фэнтези, заполнявших мои книжные полки. Добавлю, что эти авторы уже «поделились» именами для многих новых хайборийских городов, которые я основал.
В своей обычной методичной манере я завёл папку, куда аккуратно вносил любые подходящие имена из каждой новой прочитанной книги фэнтези — поначалу этого хватало с лихвой. Позже, когда я амбициозно решил создать низшую знать для обеспечения командиров вплоть до полкового уровня, мне пришлось обращаться к историческим справочникам и другим подобным источникам, чтобы получить огромное количество дополнительных имён.
Однако одних имён и родственных связей было недостаточно. Следующим шагом стало наделение каждого персонажа характером — и для этого я придумал ещё одну систему.
Я подсчитывал количество букв в имени и раздавал по игральной карте на каждую букву (минимум — 5 карт). Каждая отдельная карта символизировала определённую черту характера: силу, храбрость, интеллект, жадность, жестокость, амбициозность и т. п. Иногда карты взаимно исключались и игнорировались, но в целом система работала и позволяла создавать узнаваемых персонажей.
Теперь у меня была настоящая система, и Хайбория обрела собственную жизнь. События начали происходить почти сами собой, а решения принимались уже не по моей воле, а исходя из характеров вовлечённых аристократов и расчёта их наиболее вероятных действий.
Разумеется, одно неизбежно вело к другому. Создав толпу таких персонажей, я должен был разработать систему, по которой они могли бы вступать в браки, умирать, заводить детей и т. д. Это означало, что мне предстояло создать хайборийский календарь, поскольку время в Хайбории текло то быстрее, то медленнее реального.
Говард предусмотрительно упомянул названия лет: истории разворачивались в Год Льва, Год Быка и т. п. Я разработал повторяющийся цикл таких названий. Кроме того, я дал имена месяцам (годы именовались в честь животных и рептилий, месяцы — в честь птиц) и установил условный 28‑дневный месяц.
В конце каждого хайборийского года я просматривал всё население, решая, что с ним произойдёт в следующем году: рождения, смерти, браки, возможности и т. п. Даты таких событий фиксировались в моём дневнике на следующий год. Разумеется, это не касалось смертей в бою, целенаправленных убийств (не случайных) и — позже, когда Хайбория разрослась и в ней появилось множество активных участников — браков и назначений, инициированных игроками.
Когда я начал привлекать к игре других игроков и сам перестал выступать в роли участника, пришлось внедрить и другие системы — все они лишь усиливали реализм происходящего.
Я решил создать денежную систему, чтобы игроки могли оплачивать любые предпринимаемые действия. Сначала я составил довольно подробный список цен — в основном военных: стоимость оружия и снаряжения, жалование рядовых солдат и офицеров, расходы на размещение и питание войск и т. п., — но также включил и цены на строительство дорог и ирригационных каналов, и даже средние цены на рабов и рабынь!
Затем я установил доходность для участка земли размером 5×5 миль разных типов: пахотные земли, луга, холмы, прибрежные зоны и т. д., — и разработал налоговую систему. Налоги в сумме составляли лишь процент от доходной стоимости, оставляя остальное на нужды населения. Этот процент мог изменяться правительством, но повышение несло свои риски.
Собранные налоги распределялись через несколько уровней, каждый из которых получал свою долю. Кроме того, у центрального правительства были и другие источники дохода — например, полезные ископаемые. Я провёл обследование всего континента, разместив тут и там рудники — от алмазов до олова.
Также я разработал основные торговые пути, отметил места их пересечения с государственными границами и примерно рассчитал, сколько таможенных сборов можно с них получить. Это обеспечило игроков необходимыми финансами.
Хотя Хайбория и является фэнтези (поскольку это не реальный мир), она не относится к «чистой» фэнтези, потому что магия играет в её делах весьма скромную роль. По сути, её использование зачастую служит прикрытием для более прозаичных операций. Тем не менее она имеет определённое значение, которое нельзя полностью игнорировать.
Какие же уроки даёт Хайбория?
Во‑первых, то, что вы получаете от игры, прямо пропорционально усилиям, вложенным в неё. Во‑вторых, хорошо продуманная фэнтези‑вселенная вскоре обретает собственную жизнь и с этого момента требует лишь минимального руководства. Наконец, если вы хотите испытать пределы своего воображения и при этом удержать всё в рамках логики, нет лучшего средства, чем создание фэнтези‑мира.
И без того огромный ассортимент фигурок в жанрах научной фантастики и фэнтези продолжает расти.
Появилось несколько новых дополнений к и без того популярной линейке миниатюр Asgard Miniatures, включая превосходного дракона, который со временем заменит существующую модель (FM 5). Кроме того, такие фигурки, как Стража Хаоса Судьбы (Chaos Doom Guard — вероятно, лучшая их модель на сегодняшний день), Воин‑скелет (Skeleton Warrior) и Северный варвар (Northern Barbarian), вероятно, войдут в коллекции большинства любителей фэнтези‑варгеймов.
Компания Wargame Publications (Шотландия) недавно вышла на рынок миниатюр с небольшой линейкой под названием «Воины затерянного континента» (Warriors of the Lost Continent). Её сеттинг отсылает к Первой эпохе Терры, населённой Древними расами (Elder Races — гуманоидами) и Сынами Сета (Sons of Set — рептилоидами). Wargame Publications рекомендуют использовать с этими миниатюрами правила «Изумрудной скрижали» (The Emerald Tablet).
Линейка фигурок Garrison от Greenwood & Ball теперь включает совершенно новую научно‑фантастическую серию под названием «Звёздные десантники» (Startroopers). Они выполнены в привычном высоком качестве, которое от Greenwood & Ball уже ожидают по умолчанию, и превосходят большинство доступных сейчас НФ‑миниатюр.
Калифорнийский производитель фэнтези‑миниатюр Archive Miniatures (признанный экстраординарным в своей нише) недавно начал поставки своей продукции в Великобританию. Их «Гниющие ползуны» (Rotting Crawlers), «Фиолетовые черви» (Violet Worms), « Парящие Одиннадцатиглазые» (Ele >Ele-Eyed Floaters) и другие модели теперь распространяются компанией Games Workshop.
С появлением в Великобритании нового набора D&D, дистрибьютор Games Workshop планирует выпустить книгу правил отдельно по лицензии — для тех игроков, у которых уже есть многогранные кубики, геоморфные карты подземелий, а также наборы монстров и сокровищ, входящие в комплект новой версии.
Две новые игры от компании Ursine Engineering:
«Завоевание космоса» (Conquest of Space) — игра о космическом исследовании с использованием варп‑перемещения и оригинальной системой боя;
«Фехтование» (Swordplay) — игра о рукопашном бое с дополнением в жанре фэнтези.
Другая новая компания, Eon Products, выпустила свою первую научно‑фантастическую игру под названием «Космическая встреча» (Cosmic Encounter) — это игра для 2–4 игроков о космических конфликтах.
Продолжая успешную серию микро‑варгеймов, Tabletop Games недавно выпустили пакет «Микро‑научная фантастика» (Micro Sci‑Fi), включающий правила и листы фишек. Дополнительные листы с фишками планетарных сил доступны отдельно — для расширения базовой игры.
Поскольку ожидается, что число желающих принять участие в соревновании по D&D на «Дне игр» (Games Day) 17 декабря будет очень велико, будет проведён предварительный отборочный раунд — викторина по D&D примерно из 20 вопросов. Пример вопроса: «Уязвимы ли зомби к заклинанию „сон“?» Должно быть весело!
В следующем выпуске:
К сожалению, из‑за нехватки места мы не смогли опубликовать в этом номере серию Эдди Джонса «Раскрашивая мускулы Конана» (Colouring Conan’s Thews). Она вернётся в следующем номере, который будет включать:
«Рыцарство и чародейство» (Chivalry & Sorcery);
«Еда и вода на звездолёте „Страж“» (Food and Water on the Starship Warden);
«Монстры: безобидные и злобные. Часть II» (Monsters Mild and Malign — Part II);
«Кампании D&D: рекомендации по правилам» (D&D Campaigns — Rules Recommendations);
Ща показывают фильм Конан варвар, новый какой-то. Тут же выскакивает обьявление- "внимание в фильме может быть демонстрация алкоголя и курения.." что-то типа того.. Ага блядь, а то что в фильме демонстрируются отрубленные головы, кровища направо-налево и черте что за херня еще, это ничего да?! Вообще фильм полная хуйня оказался косему прочему.. Вообще такая еботня идет по телику прости Господи мою душу грешную. Сто каналов, ни на одном что-то стоящее.
Рассказ был впервые опубликован в журнале Weird Tales в 1934 году. Он занимает важное место в саге о Конане, так как впервые показывает варвара не только как воина и вора, но и как человека, способного на глубокую, всепоглощающую страсть. Это история о великой любви и не менее великой потере, которая навсегда оставила шрам в душе Киммерийца.
Сюжет в классическом стиле Говарда: динамичный, прямолинейный и насыщенный событиями. Конан, бежавший из цивилизованных земель после стычки с законом, попадает на торговый корабль. Их захватывают пираты, а Конан встречает их капитана – прекрасную Белит. Женщина, увидев в нашем герое воплощение собственных идеалов, признает его возлюбленным и равным. Они становятся грозным дуэтом, сея ужас от берегов Зингары до загадочных южных джунглей. Однако их идиллия рушится при столкновении с древним демоническим злом в руинах затерянного города.
Конан здесь показан в расцвете сил: молодой, яростный, но ещё не окончательно ожесточившийся цинизмом. Говард показывает его трансформацию: от наёмника, пленённого дикой красотой Белит, до верного возлюбленного, чья ярость в финале граничит с безумием. Белит – не типичная «дева в беде», а очень сильный женский образ. Это тот случай, когда сильная женщина в литературе выглядит естественно, в противовес яростным потугам многих современных авторов. Она равна Конану: искусный стратег, безжалостный капитан, чья власть основана на уме и воле. Белит сама выбирает Конана, сама определяет свою судьбу. Её любовь – это не подчинение, а союз двух хищников. Их отношения – это идеальный союз по законам мира Хайбории: основан на силе, уважении, страсти и общности душ.
Древнее зло в джунглях олицетворяет типичную для Говарда тему выродившейся цивилизации и немыслимой древности, против которой даже варварская мощь Конана может оказаться бессильной.
Итог: «Королева Черного побережья» – отличный героико-романтический рассказ. Роберт Говард соединил здесь лучшее, что у него было: безудержную динамику, поэтический язык, философию варварского фатализма и создал крайне запоминающееся произведение.
О ЧЁМ: О рабе по имени Конан, потерявшем родителей и свободу в результате набега жестокого войска беспощадного колдуна - лидера змеиного культа, который искал секрет стали. Выживая в нечеловеческих условиях и принимая участие в многочисленных гладиаторских боях в Яме - он закаляет своё тело и дух, обучаясь обращению с оружием, и когда приходит время Конан отправляется навстречу приключениям, полных неожиданных опасностей, встреч с новыми друзьями, которые становятся его верными соратниками, не забывая о поисках своего настоящего врага, которому поклялся отомстить ещё в детстве.
МНЕНИЕ: Абсолютно культовая вещь, ставшая первопроходцем в жанре фэнтези со взрослым возрастным рейтингом, с увлекательной историей, которая отличалось от остальных экранных сказок не только качественными спецэффектами, кровавыми сражениями и обнажёнкой, но и своей философской составляющей. Атмосферное и очень увлекательное зрелище, с чертовски эпичным музыкальным сопровождением, в котором исполнил свою первую значимую для карьеры роль великий Арнольд Шварценеггер, не балующий зрителя приличной актёрской игрой, но всё же весьма убедительно смотревшийся в сценах сражений, и в сценах где ему просто нужно было поиграть мускулами. Конечно, кино постарело, и современный искушённый зритель, который собирается впервые познакомиться с ним, не проявляя должного уважения к классике, и не испытывая ностальгических чувств - вполне может остаться разочарован.
СМОТРЕТЬ: • ты намерен(а) впервые или в очередной раз прикоснуться к классике взрослого боевого фэнтези; • хочешь увидеть молодого Арнольда Шварценеггера в роли для которой он был рождён; • желаешь отправиться навстречу приключениям не вставая с дивана;
НЕ СМОТРЕТЬ: • ты не знаком(а) с фильмом и находишься в поисках нового слова в жанре; • уверен(а) что лицедейский талант Арни в этом кино значит больше чем его могучий оголённый торс; • хочешь обойтись без лавины личных воспоминаний о былых временах и чувства ностальгии.
Моя оценка: 7 из 10 Кинопоиск: 6.9 из 10 IMDb: 6.9 из 10
1/8
Реакции, плюсы, и комментарии (ваши личные мысли-мнения) горячо приветствуются!
Рассказ «Дочь ледяного исполина», относящийся к циклу о Конане-варваре, представляет собой классический образец героического фэнтези с мифологической атмосферой и стилизованным повествованием. Сюжет рассказывает о Конане, единственном выжившем после кровопролитной битвы между воинами двух северных народов – асами и ванами. Конан серьезно ранен, но видит прекрасную и загадочную девушку в вуали, которая манит его за собой. После преследования через ледяные равнины и горы, в котором Конан сталкивается с гигантами, он оказывается втянут в мифический конфликт, где девушка зовет на помощь своего отца – ледяного великана Имирa, бога и владыку северного племени.
Основное достоинство рассказа – его мощная и выразительная поэтическая атмосфера. Говард использует яркие визуальные образы: холодные ледяные поля, красное от крови покрытое снегом поле битвы, сверкающий холод и суровую красоту северных земель. Рассказ пронизан древними мифологическими мотивами, что создает сильное ощущение эпической саги. Описания битвы, геройских сражений и самой девушки, которая символизирует нечто мистическое и неизведанное, делают повествование интенсивным и эмоционально насыщенным.
Главный персонаж, Конан, предстает здесь как воплощение классического героя – стойкий, беспощадный и смелый воин, не боящийся ни ужасов природы, ни потусторонних сил. Он – воплощение идеала героического фэнтези, а его взаимодействие с таинственной дочерью ледяного исполина раскрывает тему столкновения человека с легендарным и сверхъестественным.
Итог: «Дочь ледяного исполина» – это короткий, но яркий героический рассказ, наполненный атмосферой древних мифов и воинской славы. Он представляет собой важную часть классического канона Конана, знакомит нас с характерным для Говарда стилем, в котором акцент ставится на чувство мифа и эпический размах повествования, а не на детальную проработку сюжета и персонажей.
Рассказ Роберта Говарда «Сплошь негодяи в доме» – одно из произведений о варваре Конане из Киммерии, которое выделяется на фоне других темным детективным сюжетом с элементами приключения и политической интриги. Действие происходит в небольшом городе-государстве в Коринфии в Хайборийскую Эру. Главная сюжетная арка – заговор против верховного жреца Набонидуса. Аристократ Мурило, продавая государственные тайны и понимая, что обречен, вынужден привлекать на свою сторону преступника Конана, обещая ему освобождение за убийство жреца. Однако ситуация развивается с множеством предательств и загадочных событий: таинственное похищение, встреча с чудовищной обезьяной в покоях жреца и борьба за власть в криминальном и политическом лабиринте.
Тематика рассказа насыщена мрачным взглядом на человеческую природу и разрушение цивилизаций, характерным для творчества Говарда. Здесь это не просто злодеи, а архетипичные источники зла, коррумпированная власть и беззаконие, что создает атмосферу, где нет света, а только мрак и предательства. Основной посыл – цивилизации, достигшие своего пика, обречены на упадок из-за внутренней коррупции и жадности, которая делает их уязвимыми для внешних угроз и завоеваний. Конан в этой истории предстает не просто как сильный воин, а как фигура, которая балансирует на грани между честью и выживанием в беспощадном мире интриг и насилия.
Стиль изложения отличает динамичность, черно-серая мораль и почти детективный сюжет с неожиданными поворотами, что свидетельствует о многогранности жанрового подхода Говарда – мистика, фэнтези и психологический триллер сочетаются в этом рассказе. Рассказ написан с высокой напряженностью, где каждый персонаж может предать, и нет ни одного чистого героя. Это подчеркивает фундаментальное послание произведения – в мире «сплошь негодяев» выживают только самые хитрые и жестокие.
Итог: «Сплошь негодяи в доме» – это классика темного героического фэнтези, в которой Говард демонстрирует конфликт между варварством и цивилизацией, коррупцией и честью, жестокостью и выживанием, раскрывая глубокие философские темы через приключенческий сюжет с Конаном в главной роли. Рассказ заслуженно считается образцом жанра и одной из вершин творчества Говарда в цикле о Конане.
