Продолжение поста «Иные виды разума»
Я же обещал вам написать ещё про три концепта необычного инопланетного разума из прочитанной НФ-литературы. Ну что ж, поехали.
Если что, в дальнейшем тексте вас ждут нещадные спойлеры – без них никак, уж извините.
1. «Карантин», Иган Грэг.
Роман, написанный в девяностых годах австралийским математиком и программистом, повествует о некоем «карантине», в который попало в будущем всё человечество – просто однажды звёзды пропали с небес, а отправленные зонды утыкались в непреодолимый барьер, построенный кем-то всемогущим вокруг всей Солнечной Системы. Причин установления Пузыря (так прозвали барьер) никто не знает, о его создателях тоже ничего неизвестно, однако факт остаётся фактом – Солнечная Система изолирована от остального космоса, звёзд человечество больше не видит, и дальнейшие исследования Вселенной нам больше недоступны. Подробный обзор на эту книгу я уже писал, повторяться не вижу смысла, так что просто скину ссылку на пост в комментариях.
Тем более разговор сейчас идёт не о самой книге, а об описанном в ней концепте инопланетян. Вот дальше будут спойлеры, и если вы не хотите увидеть интригу всего романа, то сначала осильте этот талмуд, прежде чем читать дальнейший текст.
Итак, хоть инопланетяне в романе и не появляются (ну, почти, кроме одного, успевшего проникнуть на Землю перед созданием Пузыря), и нам неизвестно ничего об их биологии, внешнем виде и социальном устройстве, однако понятна их мотивация – причина, по которой они создали Пузырь.
Дальше будет сложно и малопонятно – чтобы в полной мере осознать задумку книги, вам реально необходимо её прочесть. Если же вы хоть немного шарите в таких вещах, как многомировая интерпретация квантовой механики и коллапс волновой функции, то вам, наверное, будет проще понять, о чём речь.
Согласно задумке Грэга, инопланетяне были просто в ужасе, когда человечество изобрело телескопы и научилось заглядывать в дальний космос. Дело в том, что обнаруженные учёными аномалии квантмеха (я про так называемые эффект наблюдателя, двухщелевой эксперимент и прочее) работают исключительно с людьми – таким уж получился наш мозг в ходе эволюции. Когда человек-наблюдатель проводит двухщелевой эксперимент, он автоматически выводит наблюдаемый объект из суперпозиции, вследствие чего происходит так называемый коллапс волновой функции. У инопланетян же такого странного эффекта не происходит, они видят окружающую Вселенную во всём её многообразии – и там, где человек видит одну звезду, для инопланетных наблюдателей находятся мириады звёзд, вернее, их интерпретаций. На самом деле небо полным-полно звёздами, и космос вовсе не пуст, как нам кажется – это мы простым своим взглядом делаем его холодным и практически необитаемым. А научившись заглядывать в космос ещё дальше, уже вооружённым взглядом, мы начали буквально уничтожать, выжигать многообразную Вселенную одним своим взглядом. Сами того не подозревая.
Именно поэтому и был создан Пузырь, закрывший звёзды от нашего наблюдения. Эффект наблюдателя – неизвестный инопланетянам страшный баг, и как только о людях стало известно, было принято решение нас изолировать. Чтобы мы не уничтожили всё.
Сложно и ни хрена непонятно? Просто прочитайте книжку, я её всем дьявольски рекомендую. Но предупреждаю — там местами сложно и них..я не понятно.
2. «Глашатай мёртвых», Орсон Скотт Кард.
В прошлом посте я уже писал о «жукерах» из книги Карда «Игра Эндера», а сейчас перед вами продолжение. На сей раз речь идёт не о роевом разуме чрезмерно развитых насекомых, а об обнаруженных человечеством «свинках» на планете Лузитания. Которые однажды по неизвестной причине совершили убийство изучавшего их учёного-ксенобиолога.
«Свинки» из романа вполне дружелюбны, активны и по своему мышлению во многом похожи на людей (кроме разве что внешнего вида – внешне они и впрямь схожи с прямоходящими свиньями, за что и получили своё прозвище). Тем и усугубляется непонимание меж двумя расами, все озадачены неожиданным и жутким ритуальным убийством учёного; сами «свинки» на все вопросы с недоумением отвечают, что просто дали ему перейти в следующую жизнь – вот ведь мы умертвили и вскрыли его согласно нашим ритуалам, и он должен был превратиться в дерево-Отца после смерти. В чём, собственно, проблема? Эти отговорки земляне считают, естественно, пустыми суевериями и примитивной религией «свинок».
Однако в дальнейшем выясняется, что вследствие давным-давно произошедшей на Лузитании экологической катастрофы там осталось совсем небольшое количество живых существ, которые ради выживания эволюционно приспособились и научились необычному межвидовому взаимодействию. У каждого из животных и даже растений есть несколько жизненных циклов – когда «свинка» рождается, она больше схожа с насекомым, растущим и получающим жизненные соки внутри дерева-Отца, затем она перерождается и становится животным, а по истечению срока второй жизни её умерщвляют специальным способом, и сквозь тело умершей «свинки» прорастает побег молодого дерева, которое в дальнейшем станет разумным растением. То бишь просто следующей итерацией обыкновенного жизненного цикла, подобно вылупившейся из кокона окуклившейся личинке прекрасной бабочки.
«Свинки» просто не знали, что люди после смерти не превращаются в деревья. А ведь вся их культура и мышление были построены на этом непререкаемом факте.
И если для «жукеров» из «Игры Эндера» убийство человеческого экипажа было сродни поцелую или рукопожатию, то «свинки», с их точки зрения, оказали убитому ими учёному величайшую почесть: для них, чтобы стать деревом-Отцом, необходимо вести праведную жизнь и быть лучшим представителем племени.
3. «Вавилон-17», Сэмюэль Дилэни.
Вообще «Вавилон-17» не об инопланетянах, а совсем о другом (о межзвёздной войне человечества в далёком будущем и об уникальном языке-шифре, способном изменить мышление своего носителя), однако в одной из глав героиня Ридра Вонг таки сталкивается с инопланетянами. Вернее, рассказывает о них своему другу, показывая из иллюминатора на повисший в космической пустоте корабль крибианцев. Далее просто приведу её монолог, где она повествует про крибианскую культуру и их особенности мышления:
«…Потому что совместимые факторы коммуникации невероятно слабы. Возьмите этих крибианцев, у которых достаточно знаний, чтобы их странные корабли несли их от звезды к звезде: у них нет слов «дом», «жилье», «жилище». «Мы должны защищать свои семьи и дома». Когда готовили договор между нами и Крибией во Дворе Внешних Миров, я помню, понадобилось сорок пять минут, чтобы сказать эту фразу по-крибийски. Вся их культура основана на смене температуры. Наше счастье, что они знали, что такое семья, кроме людей, они единственные имеют семьи. Но что касается дома, то кончили следующим описанием: «…помещение, которое создает температурное различие с внешним миром на такое количество градусов, которое делает возможным существование организма с температурой тела в 98,6 градуса; это же помещение способно понизить температуру в жаркий сезон и повысить ее в холодный; в нем имеются условия для сохранения от порчи органических веществ, используемых в пищу, а также для их нагрев, чтобы сделать их вкус более соответствующим для обитающих в этом помещении, которые благодаря смене миллионов жарких и холодных сезонов приспособились к таким изменениям температуры…» и т. д. В конце концов нам удалось дать им некоторые представления об идее «дома» и о том, почему его нужно защищать. Когда мы объяснили принципиальное устройство кондиционеров и центрального отопления, дело пошло лучше. Теперь существует огромная фабрика преобразования солнечной энергии, которая снабжает электричеством все потребности Двора. Элементы, улавливающие и преобразующие солнечный свет, занимают пространство большее, чем «Тарик». Один крибианец может пройти по этой фабрике, а затем описать ее другому крибианцу, который никогда не видел ее, таким образом, чтобы второй сумел создать точное ее повторение, включая даже цвет стен, и так и было сделано, так как они решили, что мы изобрели нечто стоящее, и хотели сами попробовать, и в этом описании была указана каждая деталь, ее размеры, и все это было описано в девяти словах. Всего лишь в девяти маленьких словах…»
На этом всё. Читайте научную фантастику, друзья – она бывает завораживающе интересной.
