Серия «Записки мирного велосипедиста»

Я не мог себе представить, что всего в десяти километрах от города находится столь дивный водоём, образованный на месте выработанного карьера, где каждый желающий мог с превеликим удовольствием заняться рекреационными занятиями — рыбалкой или плаванием. Карьерный пруд был окаймлён плотной сосновой чащей, что благоприятно сказывалось на ощущении отдалённости от урбанистической возни. Водная гладь дарила всем присутствующим свою нетронутую безмятежность и пыталась отразить всей шириной поверхности глубину и недосягаемость бесконечного поднебесья. Здесь, подле стоящего у самой кромки воды дерева, я и остановился. Благожелательная сень и умиротворяющее благоухание сосны положительным образом повлияли на мое сознание и породили во мне чувства почтения этому роду деревьев, ведь он является одним из самых распространённых на просторах не только нашей великой и необъятной родины, но и во всё мире. В Азиатских культурах сосна символизирует долголетие и бессмертие. И немудрено, ведь одним из удивительных её свойств является вечнозелёное одеяние и стойкость, свидетельствующее о поразительной приспособленности к суровому климату. Сосна, подобно старцу, хранит в себе мудрость веков, отражает знания, опыт и олицетворяет силу духа.

Я отдохнул, покатался немного по лесу и вернулся в город. Но не затем, чтобы завершить поездку и отправиться домой. В моём плане на сегодня было также покорение Ольховской горной вершины, находящейся вблизи знаменитой лыжной базы «Снежинка». Мой путь проходил через древнейшую часть города, протянутую вдоль судоходного канала. Когда я покинул территорию Сайгатского микрорайона, на моём пути возвысился крутой подъем — до базы оставались считанные километры. Справа от меня виднелись очистные сооружения, и дух, исходящий от них, опадал на тонкие струнки моей души тяжелым и мрачным настроением. Я слез с велосипеда и понуро начал подъем. С каждым шагом и с каждой секундой моего восхождения меня всё сильнее поглощал злой дух окружающего пространства. Гниющий смрад, множество разрушенных и обветшалых домишек, запустелые и замусоренные участки самым непосильным грузом давили на мое моральное самочувствие. В тот момент я не мог до конца осознать, на чем же основывается столь стойкое ощущение присутствия злого духа и опустошения. Но позже, подняв архивы карт, передо мной открылась часть тягостной истории данного места... Как оказалось впоследствии, на этих землях в начале XIX века было образовано Сайгатское кладбище, которое в советское время было отдано на огороды и в пользование городских очистных сооружений. Удручающая атмосфера могильников и тлетворное дыхание отстойников мотивировали меня как можно быстрее покинуть это место. И какое было наслаждение, когда я довёз свою уже неспокойную душу до территории местной базы отдыха, где с распростёртыми объятиями меня принял в свои владения свежий и душистый хвойный лес. Здесь я и остановился передохнуть и поразмышлять о прошедшем недобром участке пути. Нельзя не отметить, что ввиду неосведомленности выбранный мною маршрут был весьма неудачен. Тем не менее присутствие в столь злачной местности открыло для меня новую ступень значимости внутреннего предчувствия, которое столь тонко реагирует на окружающее, что даже неведомое каким-то удивительным образом складывается в доступное, хоть и неосознанное отражение действительности.

Наконец, достигнув частного сектора, где по правую руку, вдали, уже виднелись трамплины федерального центра подготовки по зимним видам спорта «Снежинка», мои мысли окончательно очистились и прояснились. Отныне мое внимание занимал исключительно последний этап путешествия. История знаменитой горнолыжной базы «Снежинка» начинается в 1980 году, когда в Чайковском открывается Челябинский государственный институт физической культуры, дающий первый толчок развития базы, которая на тот момент обладала только 40-метровым трамплином. Постепенно комплекс обзаводится новыми спортивными сооружениями и биатлонным стрельбищем. Однако, в 90-х годах, после проведения финальных стартов чемпионатов СССР, трамплины более не используются и приходят в негодность. «Воскрешение» произошло в 2012 году, когда после 3-х лет строительства фактически с нуля, был торжественно открыт спорткомплекс, направленный на подготовку российских спортсменов к Олимпийским играм в Сочи 2014 года. С тех пор Пермский край является единственным субъектом России, имеющим в распоряжении комплекс, прошедший международную сертификацию, и соответствующий всем требованиям для проведения мировых соревнований. Он включает в себя биатлонную трассу и 5 трамплинов. Центр оборудован подъемниками, трибунами, искусственным освещением и оснежением, а в летнее время на поверхность наносится специальное покрытие, что позволяет проводить тренировки и соревнования круглогодично. По словам многих мировых и местных спортсменов, спорткомплекс обладает приятной атмосферой, захватывающим соревновательным духом, хорошей организацией и отличным состоянием трасс и трамплинов, что ставит его в один ряд к другим достоинствам моего славного города.

Фактически «Снежинка» расположена на горе Стрижуха (203 метра), вершина которой находится всего в нескольких сотнях шагов от лыжного комплекса. С горой связана одна Прикамская легенда, объясняющая её название. Молва гласит об истории любви молодой местной жительницы села Сайгатки и юноши, который состоял в войске Емельяна Пугачёва. Армия двигалась из Красноуфимска на Воткинский завод, когда камнем преткновения перед ними легла широкая и могучая река Кама. Местные жители, среди которых была красавица-дочь местного богатея, радушно встретили Пугачева. Один из воинов глянул на красавицу и влюбился. Отец девушки запретил ей встречаться с юношей: «Если ты будешь любить пугачевца, я отправлю тебя в монастырь, быть тебе стрижухой (монахиней)». Но она ослушалась отца и продолжала встречаться с возлюбленным. После гибели юноши подруга ждала его три дня и три ночи. А когда об этом узнал её отец, он схватил ружье, выскочил на берег Камы и, увидев дочь, выстрелил ей в грудь со словами: «Ты ослушалась отца, кайся, Стрижуха!». Девушка прикрыла смертельную рану косой и вошла в пещеру, распахнувшейся перед ней в гранитной скале. «Девять дней и девять ночей из скалы слышался плач раненой девушки, а на десятый день из камня выступили первые, чистые, как слезы, капли воды. С тех пор эту гору стали называть её именем — Стрижуха, а ключи, что и поныне текут из Стрижухи — холодными слезами любви... Это она все еще тоскует и плачет. Их любовь вечная!», — писал в своей книге «Легенды и были Прикамья» Куляшов П.Ф.

Вершина горы была затянута хвойным лесом, и для того, чтобы полюбоваться рекой и окрестным пейзажем, необходимо спуститься по склону к смотровой площадке другой вершины, ныне именуемой Лысой. Здесь мне повстречались местные мотоциклисты на кроссовых байках, которые ловко штурмовали гору, демонстрируя удивительное мастерство восхождения практически по вертикальному косогору. Вскоре, один за другим байкеры покинули вершину, оставив после себя только развороченные колеи и пыль, постепенно оседавшую на землю. Я остался в одиночестве и в пленительной тишине. Передо мной во всей своей блистательности раскинулась великая река, несущая в себе еще множество легенд и былин прошедших веков. Буквально под моей подошвой находилось непримечательное село Ольховка, а по левую руку — притягательный и шёлковый участок леса. Мне удалось удобно расположиться на редкой траве и немного отдохнуть. Здесь я чувствовал, что будто лежу на брюхе огромного доброго гиганта — именно так моя душа и тело ощущали внутренний духовный подъем, возбужденный очарованием и величием окружающих мест.

На этом мое путешествие подошло к концу, мне оставалось только развернуться, подняться на гору и направиться домой уже по ольховскому шоссе, минуя могильники и прочие скверные места. Спуск к городу был весьма скоростным, и вскоре я благополучно завершил велопрогулку. В общей сложности в этот день мною было преодолено 45 км. Увидимся на дороге!

Мне не терпелось продолжить серию велопрогулок, и уже через несколько дней я вновь был в седле велосипеда и отдалялся от центра города к окраинам, где я провел детство. Погода была хорошая, но вместо голубого неба над головой простиралась тонкая светло-серая пелена. Впереди меня уже виднелась монолитная белая стена школы, что означало моё прибытие в родной Заринский микрорайон.

История района начинается в 1925 году, когда 12 бедных хозяйств верхнего села Сайгатки (нынешний микрорайон Азинский возле судоходного канала) переселились на речку Суколда. Когда встал вопрос, как назвать выселок, один из старичков сказал: «Ребятки, мы пододвинулись ближе к утренней заре (на восток), давайте назовем наш поселок Заря». В образовавшимся одноимённом колхозе разводили свиней, овец и коров, выращивали ячмень, пшеницу и другие зерновые. Во время Великой Отечественной войны колхоз активно участвовал в сборе тёплых вещей для бойцов, отправке посылок с подарками, сборе денежных средств в фонд обороны страны. Колхозники помогали эвакуированным продовольствием и устройством на работу. На войну из деревни Заря ушли 18 мужчин.

Далее, в связи со строительством Воткинской ГЭС, население увеличивается, и в 1963 году посёлок входит в черту города Чайковский как пригород. Район постепенно обзаводится необходимой инфраструктурой: медпунктами, школой, училищами и многим другим. В нынешнее время территория микрорайона вмещает в себя множество частных секторов, но есть также панельные дома и предприятия. Микрорайон может смело похвастаться почётными выходцами: среди бывших заринцев есть и добровольцы танкового корпуса во времена ВОВ, и поэты, и призёры чемпионатов мира по биатлону и заслуженные мастера спорта.

Путь от учебного заведения до частного дома, где мы всей семьей — я, мама, папа, сестра — жили около 11-ти лет, представляла собой грунтовую дорогу длинной в километр с небольшим. Сейчас же, спустя десяток лет, дорога мало изменилась: та же грунтовка вперемешку с зыбким песком, деревянные заборы и домишки по обе стороны, только некоторые изменившие свой фасад. И вот наконец — мой отчий дом. Вид этой с детства знакомой улицы согревал сердце, но вместе с этим наполнял печалью, поскольку нынешнее состояние дома являло собой страшное зрелище: полуразрушенный забор, перекошенная крыша, облупившиеся наличники, неухоженный палисадник.

Вместе с тем сознание обратилось к прошлому. Воспоминания, словно гонимые ветром волны, плыли перед мысленным взором и возвратили меня в один прекрасный летний денёк, когда была сделана одна из самых запоминающихся детских фотографий. Она слишком крутая, чтобы быть реальной, но, тем не менее, она существует. На изображении представлен молодой «байкер» в бандане, сидящий на ярком броском байке, с прилаженным к багажнику чёрным пиратским флагом, а на заднем фоне видна вишнёвая «копейка» отца и мамин палисадник. Готов поспорить, что ни у одного человека в мире нет более потрясающей детской фотографии. Но буду рад убедиться, что я не прав. Будь то замысловатые фотографии или внешний облик человека — всё это является воплощением подлинного, аутентичного внутреннего мира, художественного взгляда и широкого воображения личности. И это похвально.

Дальше дорога под небольшим уклоном уходила вверх. Преодоление этих 300 метров в те далекие дни вместе с другими дворовыми мальчишками воспринимались нами как подвиг, а спуск на всех парах вниз, к дому — совершенным блаженством и чувством всепоглощающей свободы. В эти мимолётные секунды детской вольности каждый из нас, яростно вцепившись в руль, изо всех сил старался удержать на крутых ухабах и непредсказуемой колее свой неподвластный велосипед. Но это были наши бесценные мгновения бездумности, тяги к опасности и стремления быть быстрее всех.

Наверху была развилка: левая колея вела к главной дороге, а правая — в направлении пруда и гаражных кооперативов. Мой путь лежал к запруде, впрочем, дорогу к нему можно было срезать, проехав по узкой тропке меж домишек и огородов. Со сточным водоёмом, который являлся частью реки Суколда, также связано множество маленьких эпизодов. Как-то раз мы с сестрой, взяв у любимого дедушки-рыбака удочку, отправились «рыбачить» на тот самый пруд. Это была идея сестры, и мы расположились на небольшом выступающим в воду «пирсе», построенном из ржавых бочек и старых досок. Как таковых навыков ловить рыбу у нас не было, поэтому мы, предсказуемо, бесповоротно запутались в леске, хотя изначально к делу подходили серьезно: даже самостоятельно нарыли червей для наживки.

Ситуация была беспомощная и настроение подавлено, но вдруг — мы слышим всплеск воды и силуэт парнишки на другом берегу, который только что спустил на воду свой плот. Вот дела! Это был Павлик — сухощавый мальчишка из соседнего дома, чей огород примыкал аккурат к пруду. Классный был друг: всегда добр, весел и храбр. Подплывает он к нам — и зовёт на борт. Мы стушевались: плотик был маленький, в случае чего плавать я не умел, и ходили слухи, что в запруде живёт несметное количество пиявок и других страшных тварей. Павлик пытался уговорить нас, но в результате махнул рукой и поплыл к дальнему концу пруда, где в него втекает речка. Мы двинулись за ним, но вдоль берега. Местность была болотистой и жутковатой: тропинка уводила в тёмный подлесок, сгущались сумерки, проснулись кровососы комары. Мы не спускали глаз с Павлика, только изредка теряя его из вида ввиду обильных зарослей кустарников, окаймлявших пруд, и листвы, свисающая густым пологом с деревьев. Было уже поздно, нас окружала сонная тишина прохладного вечера и туча комарья. Когда было принято решение возвращаться, внезапно между нами и плотом по зыбкой поверхности воды проскользнуло жуткое неведомое тело — наше живое детское воображение тут же выдумало кошмарное болотное чудище, алчущее сладкой плоти! Скрипучий крик пронзил летнее безмолвие, и мы бросились бежать восвояси, когда Павлик, усмехаясь, старался успокоить нас и кричал нам вслед, что это была всего лишь местная ондатра!

Дальше вдоль частного сектора я направился к лыжной базе «Мичуринка». Казалось бы, я живу здесь долго и должен знать все окрестности, но до чего было моё удивление увидеть здесь не только лыжную базу посреди хвойного леса, но и маленькую дёрт-трассу для велосипедов, спрятавшуюся за редкими сосенками вниз по склону. Трамплины оказались небольшими, а сама трасса — короткой. Но старт трека осуществлялся с высокого сооружения, что показывало серьезность тех, кто здесь катался. Будь я на более подходящем велосипеде, я бы попробовал проехать трассу на скорости, но рисковать на дорожном байке я не смел. Однако проехаться здесь черепашьим темпом тоже было интересно, поскольку ранее подобного опыта я не испытывал.

Отправился домой через Завокзальный район, проехал всего за день около 15-ти километров. Но зато сколько добрых воспоминаний в моей памяти всколыхнул этот маршрут. Увидимся на дороге!

17.04.23 Ласковый пляж

Очередная велопрогулка не заставила себя долго ждать. Уже на следующие выходные я двинулся в путь вдоль плотины водохранилища с целью добраться до одного из излюбленных мест для отдыха местного населения — пляжа, берег которого в жаркие летние деньки ласкает тихая рябь водоёма. Сейчас же водная поверхность частично находилась под коркой уже подтаявшего льда. Тут и там вдоль суши образовались уже крупные зерцаловидные полыньи, отражающие чистейшее синее небо. Сияние солнца, начинающее набирать энергию с каждым днем, способствовало процессу освобождения воды от натисков зимы.

Я остановился на небольшом крутом обрыве под ажурной сенью дерева души — ольхи. Весной она по-особенному красива висячими бронзовыми серёжками, пляс которых вместе с шёпотом ненавязчивого ветерка напоминал танец древности. Танец этот рассказал мне историю былого и напомнил о взаимосвязях всего живого в мире и важности баланса, равновесие которого нельзя нарушать. Это был вальс, посвященный неотразимой и очевидной истине — истине о том, что необходимо сотрудничать с природой и даже покорствовать руководству её законов, нежели пытаться управлять ими. О том, что человек на белом свете — всего лишь гость и не является ни совершенным существом, ни властителем, ни хозяином. О том, что главная задача человечества — уменьшить негативное влияние на окружающую среду и оберегать свой истинный родной дом — планету Земля.

Одно мгновенье — и представление прекратилось. Наступила чарующая тишина. И только приглушённый гул проезжающих по плотине машин доносился издалека. Настало время возвращаться, но я задержался еще на миг, дабы вкусить блаженства всепоглощающего безмолвия. Дорога домой прошла тем же маршрутом. Всего я проехал около 15-ти километров беззаботного пути. Дальше — больше. Увидимся!

11.04.23 Обкатка

Приобретение нового велосипеда всегда являлось для меня значимым событием, сопряжённое с предвкушением незабываемых приключений, зарождающимся трепетным светом на горизонте моей жизни.

На этот раз мною был выбран незамысловатый семискоростной дорожный велосипед «STELS Navigator-350». Поскольку я неравнодушен к классическому стилю, меня привлёк его внешний вид и цвет воронового крыла. И, казалось бы, не нужно медлить с обкаткой новенького железного коня. Но первым делом было необходимо привнести в его облик несколько уникальных черт, определённых авторских штрихов с целью отразить особенности его владельца. Убрав заводские наклейки с рамы и приклеив вместо них разношерстные черно-белые стикеры, я установил дополнительную сумку на раму и провёл тонкую белую полосу по всей боковой окружности покрышек ал-я вайтвол. Также были сняты штатный брызговик и катафоты, которые я заменил на более классические, округлой формы. Закончив с другими техническими приготовлениями, я спустил велосипед на улицу, сел в седло и, ощутив прилив сладкого предвидения велопрогулки, направился в сторону Воткинского шлюза. Это и был мой первым маршрут.

Я нарочно выбрал незамысловатый маршрут в 11 км, дабы не давать сильную нагрузку своему организму после долгого перерыва. Ехать было легко и свободно. Чувство движения и участие мускульного напряжения способствовали поднятию настроения и получения удовольствие от езды.

Спустя несколько километров я уже был возле Воткинской ГЭС и непосредственно проезжал над шлюзом, история которого омрачена трагедий с первых же минут использования. Дело в том, что 10 мая 1962 года здесь случилось техногенное происшествие, в результате которого погиб 21 человек. Причиной аварии был преждевременный ввод в эксплуатацию неподготовленной части сооружения: «Во время швартования сухогруза «Криуши» и товаропассажирского парохода «Дмитрий Фурманов» произошло обрушение правой стены левой камеры шлюза, вода затопила межкамерное пространство и правую камеру».

В нынешнее время следы происшествия тяжело заметить, сглажены углы, но, тем не менее, заголовки старых статей оставляют за собой шлейф напоминания того, как трагично может обернуться необдуманная торопливость и как следствие неточность проектирования. Попробуйте оглянуться в своё прошлое и вспомнить, сколько раз вас подводили излишне скорые решения. Я, к сожалению, часто нахожу в своей жизни неприятные эпизоды поспешности и отныне стараюсь всеми силами «прожимать тормоза» в подобные минуты и оценивать ситуацию более хладнокровно, дабы не пожалеть о спешке позже.

Ввиду строительства судоходного канала, от основной части суши был отделен кусок, на котором расположилось «Открытое распределительное устройство» и «гидроэлектроузел Воткинской ГЭС». Также, на нынешней территории расположены садоводческие товарищества, несколько производств и Чайковская лесопилка. На конце мыса размещен простенький блеклый маяк.

Вдоль судоходного канала продолжался мой путь. Небо над головой было чистым и окрашено превосходными лазурными оттенками. Апрельское солнце скупилось на тепло, но не преминуло приукрасить теплым светом покров опавших листьев и в удивительном сочетании с робким ветерком привносило в воздух опьяняющий запах весны. Было приятно прокатиться по шуршащей подстилке и ощущать себя частью вешнего расцвета.

Путь домой прошёл без происшествий. Таким было мое первое маленькое приключение в новом велосипедном сезоне. Моя цель — продолжать совершать вылазки и постепенно преодолевать всё большее расстояние притягательных дорог. Увидимся!